Новости
 О сервере
 Структура
 Адреса и ссылки
 Книга посетителей
 Форум
 Чат

Поиск по сайту
На главную Карта сайта Написать письмо
 

 Кабинет нарколога _
 Химия и жизнь _
 Родительский уголок _
 Закон сур-р-ов! _
 Сверхценные идеи _
 Самопомощь _
 Клиника



Профилактика, социальная сеть нарком.ру

Лечение и реабилитация наркозависимых - Нарком рекомендует Клинику Narcom.ru

Лечение и реабилитация больных алкоголизмом - Нарком рекомендует Клинику Narcom.ru
Решись стать разумным, начни!





Гидроизоляция проникающая

Гидроизоляция и теплоизоляция. Гидроизоляция зданий и сооружений

kristallizol.skgsk.ru

69 клуб

69 клуб

stripclub69.ru

Уровень и модели употребления алкоголя подростками

 


> Сверхценные идеи > Косые взгляды > Уровень и модели употребления алкоголя подростками

Представленные материалы получены нa основе репрезентативной выборки, т.е. они отражают общесоциальные закономерности. Результаты данного исследования феномена подростковой алкоголизации могут служить обоснованием для определения содержания и направления мер профилактики в области девиантного поведения подростов.

И. Гурвич

Проблема подростковой девиантности в последнее десятилетие привлекает к себе пристальное внимание как специалистов, так и широкой общественности. К сожалению, несмотря на высокий интерес к этой проблеме, состояние знаний в этой области нельзя признать сколько-нибудь удовлетворительным.

Представленные материалы получены нa основе репрезентативной выборки, т.е. они отражают общесоциальные закономерности. Результаты данного исследования феномена подростковой алкоголизации могут служить обоснованием для определения содержания и направления мер профилактики в области девиантного поведения подростов.

Подавляющее большинство подростов имеет опыт употребления алкоголя. Первая проба алкоголя происходит более чем у 50% подростков в возрасте 14-16 лет, у 10% — в 17-19 лет. До 14 лет впервые пробуют алкоголь более 30% подростков, причем до 7 лет — почти 4%.

Следует отметить, что расстройств, характеризующих начальную стадию развития алкогольной болезни, у большинства подростков не наблюдается. Так, частую утрату ситуационного контроля отметили лишь 5,9% опрошенных, а количественного контроля — 7,2%.

Пиво употребляется подростками еженедельно, в разовой дозе 15 мл абсолютного (безводного) алкоголя, вино — 1 раз в 3-4 мес., в разовой дозе 28 мл абсолютного алкоголя, крепкие спиртные напитки — почти ежемесячно, в разовой дозе 30 мл абсолютного алкоголя.

Приведенные данные показывают, что основное количество алкоголя употребляется подростками в виде пива, несмотря на его вдвое меньшую разовую дозу, по сравнению с вином и крепкими напитками. Разовые дозы последних почти равны, однако крепкие напитки употребляются подростками в 3,5 раза чаще, чем вино. Описанные соотношения заставляют подвергнуть сомнению точку зрения о “безобидности” употребления пива подростками.

Среди моделей употребления алкогольных напитков, присущих преимущественно девушкам, характерно употребление небольшого количества вина по праздникам, а также и употребление различных алкогольных напитков — умеренно в будние дни, и в выходные, праздничные дни, дни выплат — в большом количестве. Для юношей характерна множественность моделей употребления, в виде употребления различных спиртных напитков, в различных дозах, как в будние, так и выходные и праздничные дни, в том числе — и употребление алкоголя в зависимости от эмоционального состояния и ситуации.

Отмеченные различия отражают характер социально-нормативного регулирования употребления алкоголя. В целом, это большая социальная приемлемость употребления алкоголя мужчинами. По-видимому, является социально-ролевым поведением и использование алкоголя юношами при переживании стресса.

При наличии зарегистрированных официально или незарегистрированных, но устойчивых связей сексуального партнерства систематическое употребление алкоголя партнером отмечают почти 5% опрошенных. Практически всегда это более-менее частая совместная алкоголизация.

К основным факторам, выявленным в данном цикле исследований, влияющим на характеристики подростковой алкоголизации, относят прежде всего факторы, ассоциированные с личностью подростка, и являющиеся факторами предрасположенности (предиспонирующие).

По результатам школьной выборки, таким предрасполагающим фактором являются речевые расстройства в детском возрасте. У подростков, наблюдавшихся или лечившихся логопедом, втрое чаще отмечается употребление алкоголя, чем у не подвергавшихся лечению. Поскольку подобные расстройства в своем большинстве имеют невротическую природу, здесь можно предполагать использование подростками алкоголя в функции облегчения межличностных контактов.

Факторы социального окружения в формировании подростковых отклонений выполняют функцию разрешающих (преципитирующих). Из них наиболее “близким” по своему влиянию является семейное окружение. Сам по себе факт воспитания в родительской семье уже воздействует на подростковую алкоголизацию. Так, воспитание вне семьи обуславливает в подростковой среде как очень раннюю (до 7 лет), так и сравнительно позднюю (17-19 лет) первую пробу алкоголя.

Прослеживается и влияние семейного окружения на частоту употребления подростками в популяции крепких спиртных напитков. Проживающие вне семьи подростки демонстрируют и наиболее частое, и относительно редкое употребление крепких напитков, тогда как проживающие в семье — и среднее по частоте, и наиболее редкое употребление.

У подростков-юношей проживание вне семьи способствует следующим моделям употребления алкоголя — употреблению различных видов алкогольных напитков — умеренно по будням, с неумеренным употреблением алкоголя или без него в праздничные и выходные дни. Напротив, проживающие в семье подростки чаще употребляют незначительное количество вина по праздникам, либо прибегают к повседневному употреблению алкоголя, либо алкоголизируются в зависимости от своего эмоционального состояния и ситуации.

Таким образом, семейные воспитательные воздействия не являются фактором, предохраняющим подростков от алкоголизации, но лишь моделируют эту алкоголизацию в направлении менее тяжелых форм употребления алкоголя. Семейные влияния на подростковую алкоголизацию в популяции могут быть связаны со структурой семейного окружения.

Воспитание в семье с одним или обоими родителями, в общем, способствует ранней пробе алкоголя, но препятствует его актуальному употреблению. При этом реже утрачивается ситуационный контроль, реже отмечается и склонность к воздержанию от алкоголя. Действительно, подростки-юноши под влиянием родителей чаще формируют модели употребления алкоголя, характеризующиеся умеренной алкоголизацией только по праздничным дням или в зависимости от эмоционального состояния и ситуации. Нетрудно заметить сходство этого влияния с влиянием родительской семьи вообще. Другими словами, влияние родительской семьи — это, как и следовало ожидать, прежде всего влияние родителей. Однако их влиянием воздействие семейного окружения далеко не исчерпывается.

Существенным источником внутрисемейного влияния на алкоголизацию выступают сестры и братья (сибсы) подростка. Их наличие провоцирует актуальную алкоголизацию, причем с утратой ситуационного контроля, хотя в отношении этого последнего показателя алкоголизации может присутствовать и противоположное влияние.

Создание подростками официально зарегистрированной или незарегистрированной собственной семьи также выступает, при условии совместного проживания, существенным фактором, провоцирующим алкоголизацию. Само наличие брачного партнера может либо стимулировать подростковую алкоголизацию, либо препятствовать ей.

Такая криволинейная связь устанавливается по индикаторам разовой дозы крепких спиртных напитков и вина, а также утраты ситуационного контроля. Наличие в семье братьев и сестер партнера способствует прежде всего актуальному употреблению алкоголя, а именно более частому употреблению пива и вина. В последнем случае, однако, и при отсутствии у партнера братьев и сестер отмечается достаточно частое употребление. Соответственно, и разовая доза вина при наличии у партнера сибсов чаще средняя для выборки. При такой структуре семьи чаще утрачивается ситуационный контроль; у подростков-юношей чаще формируется модель употребления и легких, и крепких напитков по праздничным и выходным дням, тогда как у девушек — крепких напитков по праздникам. И у тех, и других наличие в семье братьев и сестер партнера способствует формированию модели повседневного употребления алкоголя.

Наличие в молодежной семье собственных детей влияет на тяжелые проявления алкоголизации. При этом разовая доза употребляемых крепких спиртных напитков может как увеличиваться, так и снижаться. Тем не менее, у подростков-юношей формируются модели тяжелой алкоголизации — повседневное употребление алкоголя с его чрезмерным употреблением в праздничные и выходные дни. Такое влияние собственных детей может быть объяснено так называемым “воспитательным стрессом”, особенно тяжело переживаемым мужчинами.

Присутствие родителей брачного партнера также способствует актуальному употреблению алкоголя, утрате ситуационного и количественного контроля и употреблению подростками-юношами крепких напитков по праздникам. Таким образом, влияние родительской семьи партнера на подростковую алкоголизацию противоположно влиянию собственной родительской семьи, т.е. утяжеляет алкоголизацию.

Возможны два объяснения описанного влияния. Прежде всего переход в семью брачного партнера может быть проявлением реакции подросткового стремления к независимости (эмансипации), сопровождающегося выходом из-под родительского контроля, в том числе и в сфере употребления алкоголя. Родительская семья партнера не в состоянии обеспечить подобный контроль просто в силу недостаточного единства между ней подростком. Однако и сама по себе внутрисемейная алкоголизация может выступать средством присоединения подростка к новой семейной группе.

Следующим уровнем влияния социального окружения на подростковую алкоголизацию является принадлежность к большим социальным группам. Полоролевое самоопределение обуславливает лишь сами параметры употребления алкоголя подростками в популяции. Крепкие спиртные напитки юноши в популяции употребляют чаще и в большей разовой дозе, по сравнению с девушками. В целом, сходная закономерность отмечается и в отношении частоты употребления вина. Тем не менее, модель ежедневного или почти ежедневного употребления вина устанавливается только у девушек (около 2% опрошенных девушек). Естественно, что и частота синдрома воздержания от алкоголя выше у юношей. Однако только у них наблюдается и крайне редкая частота синдрома (несколько более 1% юношей с частотой периодов воздержания реже 1 раза в год).

Социально-классовая принадлежность, устанавливавшаяся в популяционном исследовании на основе показателей образования, дохода и социально-групповой самоидентификации, также выступает как определяющий фактор подростковой алкоголизации.

Образовательный уровень в подростковой среде обусловлен, конечно, и возрастным ее составом. Показателем же классовой принадлежности выступает, скорее, вид учебного заведения, где обучается или обучался подросток. Возраст первой пробы алкоголя оказался минимальным у студентов ВУЗов. Далее следуют подростки, обучавшиеся в специальном учебном заведении для инвалидов либо в профессионально-техническом училище. Наиболее поздно пробуют алкоголь подростки, окончившие общеобразовательную школу или техникум. У подростков, обучающихся или окончивших среднюю школу, отмечается и наибольшая, и минимальная частота употребления пива. За этой по частоте употребления пива следуют окончившие техникум или профессионально-техническое училище. Сравнительно менее частое употребление пива устанавливается у студентов вузов.

Разовая доза вина наименьшая у учащихся средних школ и специальных учебных заведений для инвалидов, а также у студентов вузов; средняя — у выпускников профессионально-технических училищ; максимальная — у выпускников средних школ. Соответственно, частота синдрома воздержания от алкоголя и наиболее, и наименее высока у учащихся и выпускников средних школ, средние ее значения устанавливаются у выпускников профессионально-технических училищ и, несколько реже, у студентов вузов.

Утрата ситуационного и количественного контроля наиболее часто наблюдается у выпускников специальных учебных заведений для инвалидов и профессионально-технических училищ, наиболее редко — у учащихся школ. На закономерность употребления алкоголя влияние вида учебного заведения обнаруживается только для девушек.

Школьницы и учащиеся специальных учебных заведений для инвалидов чаще прочих употребляют небольшое количество вина по праздникам, выпускницы техникумов — легкие и крепкие напитки по праздникам и выходным дням, школ — демонстрируют повседневное употребление. Для выпускниц профессионально-технических училищ характерно употребление в зависимости от эмоционального состояния и ситуации, а для студенток вузов — повседневное употребление с превышением нормы по выходным и праздничным дням, дням денежных выплат.

Из приведенных данных видно, что воздействие вида учебного заведения на подростковую алкоголизацию достаточно сложно. Уже в период школьного обучения возникает разделение учащихся по признаку алкоголизации на мало — и массивно алкоголизирующихся. Продолжение образования, направленное на получение профессии, способствует ограничению алкоголизации, однако профессионально-техническое образование, а также высшее образование (у девушек) способствуют формированию тяжелой алкоголизации.

Конечно, здесь нельзя исключить, что тяжело алкоголизирующиеся подростки — выпускники общеобразовательных школ оказываются неспособными преодолеть экзаменационные барьеры для продолжения образования. Возможно также, что это ограничение социального продвижения не действует на данном этапе жизненного пути в отношении девушек.

Существенным фактором, формирующим подростковую алкоголизацию, оказалось социально-групповое самоопределение подростков. Наиболее ранняя проба алкоголя отмечается как у подростков, соотносящих себя с высокостатусными социальными группами руководителей и предпринимателей, так и у подростков, соотносящих себя с низкостатусной социальной группой неквалифицированных рабочих. Наиболее поздняя проба алкоголя свойственна подросткам-инвалидам, определяющих себя как пенсионеров.

В этой группе устанавливается, между тем, наибольшая частота употребления всех видов алкогольных напитков, с моделью употребления у юношей — повседневного с чрезмерным употреблением в выходные и праздничные дни, а у девушек — употребления небольшого количества вина по праздникам. Соотносящие же себя с руководителями и предпринимателями подростки демонстрируют скорее редкое употребление различных спиртных напитков, причем юношам присуще употребление как легких, так и крепких напитков по праздничным и выходным дням, а девушкам — только небольшого количества вина по праздникам. Напротив, подростки, соотносящие себя с неквалифицированными рабочими, заметно чаще прочих употребляют пиво, вино, хотя и в сравнительно небольших дозах, а также крепкие алкогольные напитки. Для таких подростков-юношей характерно почти ежедневное употребление алкоголя.

Рассмотрим другие категории социально-группового самоопределения подростков по признакам, выделяющим их среди других социальных групп. Квалифицированные рабочие достаточно рано в своей жизни пробуют алкоголь, но девушки из их числа сравнительно чаще представителей других групп демонстрируют употребление различных алкогольных напитков лишь по праздничным и выходным дням. Служащие без специального образования сравнительно редко употребляют пиво, но чаще — вино. При этом частота употребления крепких напитков у них не велика. Свою алкоголизацию относящиеся к этой группе юноши также чаще ограничивают праздничными и выходными днями. У служащих же со средним специальным образованием выше частота употребления пива, но реже частота употребления вина, причем в сравнительно небольших дозах, при такой же модели употребления алкоголя, как и у служащих без специального образования.

Подростки, считающие себя безработными, также реже употребляют вино, но несколько чаще — крепкие спиртные напитки. Для безработных юношей особенно характерно употребление алкоголя в зависимости от своего эмоционального состояния и ситуации, тогда как для безработных девушек — употребление лишь небольшого количества вина по праздникам. Девушки, считающие себя домохозяйками, демонстрируют среднее по частоте употребление пива и вина, причем последнего — в средних же дозах, а также и среднее по частоте употребление крепких спиртных напитков, в основном по праздникам.

Для учащихся подростков характерно скорее редкое употребление пива и крепких спиртных напитков, однако именно среди учащихся девушек отмечается модель повседневной алкоголизации с чрезмерным употреблением алкоголя в праздничные и выходные дни, дни денежных выплат. Здесь обращает на себя внимание соответствие приведенных данных рассмотренной выше зависимости алкоголизации от образовательного статуса подростка.

Личностной характеристикой, опосредующей влияние социально-группового самоопределения на подростковую алкоголизацию, выступает “циничная враждебность”. Действительно, уровень “циничной враждебности” минимален в группах квалифицированных рабочих, предпринимателей и руководителей, достигает средних значений в группах служащих со средним специальным образованием, безработных и домохозяек, и высок в группе неквалифицированных рабочих. Таким образом, устанавливается полный параллелизм социально-группового самоопределения и “циничной враждебности”. Трудно предположить, что “циничная враждебность” препятствует каким-либо образом социальному продвижению в современном российском обществе. Поэтому в контексте данного исследования представляется обоснованным ее рассмотрение как личностной реакции на осознание своего места в социуме.

Этническое самоопределение отражает связь подростка с определенной культуральной общностью и вытекающую отсюда модель употребления алкоголя на основе культуральных норм. Действительно, этническая принадлежность, согласно данным популяционного исследования, влияет у подростков только на характеристики употребления алкоголя. Какого-либо воздействия этнической принадлежности на формирование ранних симптомов алкоголизма у подростков, т.е. на злокачественность его течения, в исследовании установить не удалось. Это свидетельствует о преимущественном влиянии именно культуральных норм, по сравнению с генетической предрасположенностью, на подростковую алкоголизацию в популяции.

Для русских подростков характерно сравнительно раннее приобщение к алкоголю и наиболее редкое употребление крепких спиртных напитков. Юношам, считающим себя русскими, в наибольшей мере присуще употребление алкоголя в соответствии со своим эмоциональным состоянием и ситуацией. Такую же модель алкоголизации чаще прочих демонстрируют и русские девушки, однако среди них чаще, чем среди девушек других этнических корней, присутствует закономерность тяжелой алкоголизации по выходным и праздничным дням, а также повседневной алкоголизации с чрезмерным употреблением алкоголя в дни денежных выплат.

Для подростков — представителей других славянских народов — характерны наиболее поздний возраст первой пробы алкоголя и наиболее редкое употребление пива. Наиболее распространенной среди них моделью употребления алкоголя, как у юношей, так и у девушек, — небольшое количество вина по праздникам.

У подростков финно-угорских этнических корней отмечается наиболее ранний возраст первой пробы алкоголя, относительно редкое употребление пива, но очень частое употребление вина и крепких спиртных напитков. Для юношей этой этнической группы наиболее характерно чрезмерное употребление алкоголя в выходные и праздничные дни, а для девушек — повседневное употребление различных алкогольных напитков в небольших дозах.

Подростки — представители тюркских народов — отличаются от подростков других этнических групп относительно редким употреблением вина при наиболее частом употреблении крепких спиртных напитков. Юноши тюркских этнических корней чаще прочих употребляют алкогольные напитки повседневно, с чрезмерным употреблением в праздничные и выходные дни, либо только с подобными превышениями норм употребления. Для девушек названной этнической группы характерна лишь последняя из названных моделей употребления.

У подростков-представителей кавказских народов констатируется сравнительно поздний возраст первой пробы алкоголя, но наиболее частое последующее употребление пива и вина при очень редком употреблении крепких спиртных напитков. Для юношей кавказских этнических корней характерно либо употребление крепких напитков только по праздникам, либо повседневное употребление небольших доз алкоголя.

Для подростков, имеющих западноевропейские этнические корни, характерны средние значения возраста первой пробы алкоголя, сравнительно высокая частота употребления пива при очень редком употреблении вина, средней и малой частоте употребления крепких спиртных напитков. У юношей-подростков этой этнической группы чаще прочих отмечается повседневное употребление алкоголя с превышением норм употребления в выходные и праздничные дни, а у девушек — употребление небольшого количества вина по праздникам.

Резюмируя, можно сказать, что для подростков, идентифицирующих себя с русской этнической группой, алкоголизация является, в основном, реакцией преодоления психоэмоционального стресса, причем заучиваемой в достаточно раннем возрасте.

Из представителей других этнических групп наиболее тяжелые модели алкоголизации демонстрируют юноши этнических групп: финно-угорской и тюркской. Наиболее легкие модели алкоголизации демонстрируют подростки-представители других, кроме русских, славянских народов и западноевропейских народов. Подростки-юноши кавказских этнических корней занимают по тяжести алкоголизации промежуточное положение.

Для большинства изучавшихся в популяционном исследовании этнических групп личностно-психологическим фактором, опосредующим влияние этнического самоопределения подростков на алкоголизацию, является “чувство когерентности”. Наиболее высокий уровень этой характеристики отмечается у русских, относительно высокий — у представителей тюркских и западноевропейских народов, средний — у представителей кавказских народов, низкий — у представителей финно-угорской группы и наиболее низкий — у представителей других, кроме русских, славянских народов.

Высокий уровень “инкогерентности” вызывается т.н. “культуральным стрессом”, в свою очередь, обусловленным “культуральной дистанцией” между основной этнической частью общности и соответствующей группой мигрантов. Для четырех из шести изучавшихся этнических групп названная закономерность получила подтверждение в исследовании.

Представители же тюркских народов демонстрируют высокий уровень алкоголизации при высоком уровне “чувства когерентности”, а представители других, кроме русских, славянских народов, — низкий уровень алкоголизации при низком “чувстве когерентности”, т.е. не подтверждают описанную закономерность.

Причиной отмеченного отклонения может, как представляется, быть фактор культурального объединения. Большинство представителей тюркской этнической группы являются многопоколенными потомственными жителями города, тогда как лица, продолжающие соотносить себя с другими, кроме русских, славянскими народами, являются по-видимому, по большей части недавними мигрантами.

Социальные исходы алкоголизации

Социальные исходы подростковой алкоголизации заключаются, прежде всего, в прогулах по месту работы или учебы. Далее следуют конфликты в родительской семье и финансовые затруднения. Крайне редко отмечается обращение за профессиональной помощью в лечебно-профилактические учреждения, увольнение с работы или полное оставление учебы. Отсутствует обращение за помощью в органы социального обеспечения.

Само по себе семейное окружение выступает защитным фактором в отношении финансовых затруднений и воспринимаемых проблем со здоровьем, по-видимому, вследствие внутрисемейной материальной, эмоциональной социальной поддержки. Однако в отношении конфликтов по месту работы или учебы влияние семьи основополагающее. Возможно, такое влияние формируется вследствие групповых семейных санкций, применяемых к алкоголизирующемуся подростку, который в ответ вырабатывает конфликтную антисоциальную модель поведения, проецируемую и на вне-семейную сферу жизнедеятельности. Конечно, нельзя исключать, что такая модель, ассоциированная с алкоголизацией, задана генетически или формируется на почве остаточно-органического поражения головного мозга. Некоторую дополнительную информацию здесь дает рассмотрение воздействия на подростковую алкоголизацию семейной структуры. Родительское влияние имеет тенденцию снижать конфликтность поведения алкоголизирующегося подростка как в семье, так и по месту работы или учебы, благоприятно влияет на воспринимаемое физическое здоровье и делает подростка более чувствительным к предупреждениям представителей группы сверстников об опасности злоупотребления алкоголем. Напротив, влияние сибсов выражается в повышении уровня внесемейных конфликтов и актуализации воспринимаемых проблем физического здоровья, хотя и повышает чувствительность к воздействию группы сверстников, подобно родительскому влиянию.

Как и в отношении уровня алкоголизации, в отношении ее исходов у подростков существенное воздействие оказывает создание собственной семьи. Совместное проживание с родителями брачного партнера резко повышает внесемейную конфликтность поведения. Особенно широкий спектр воздействия на алкоголизирующегося подростка имеют сибсы брачного партнера. Совместное проживание с ними провоцирует как внутри, так и внесемейные конфликты, увольнения с работы и оставление учебы, обострение воспринимаемых проблем телесного здоровья с обращением в лечебно-профилактические учреждения и предупреждениями врачей об опасности злоупотребления алкоголем. При такой структуре семьи также повышается чувствительность подростка к защитному влиянию на алкоголизацию группы сверстников. Приведенные данные свидетельствуют о преобладающем воздействии на исходы подростковой алкоголизации среди населения факторов внутрисемейного межличностного взаимодействия, по сравнению с генетическими и органическими факторами личностной деформации.

Следующая группа факторов исхода подростковой алкоголизации сопряжена с принадлежностью подростка к большим социальным группам. Половая идентификация влияет на исходы подростковой алкоголизации в полном соответствии с действием социальных норм, регулирующих половые модели алкоголизации. Подростки-юноши чаще подвергаются арестам (задержаниям) работникам милиции и чаще испытывают финансовые затруднения из-за алкоголизации, чем подростки-девушки.

Социально-классовая принадлежность также существенно влияет на исходы подростковой алкоголизации в популяции. Образовательный статус подростка влияет на исходы алкоголизации следующим образом. По показателям финансовых затруднений, пропусков работы и учебы, арестов (задержаний), внутри- и внесемейных конфликтов, предупреждений об опасности алкоголизации со стороны сверстников на первом месте находятся выпускники профессионально-технических училищ. Далее следуют подростки с общим средним и средним специальным образованием.

Единственное исключение наблюдается по показателю внутрисемейных конфликтов. Их уровень почти максимален в семьях алкоголизирующихся подростков-студентов. По-видимому, в высокостатусных семьях подростковая алкоголизация, в отличие от низкостатусных семей, влечет за собой применение групповых санкций.

Финансовые затруднения наблюдаются только в низкодоходных группах населения. При этом, как и следовало ожидать, чем ниже душевой доход, тем чаще фиксируются финансовые затруднения из-за алкоголизации. Примечательно, что исключением здесь является группа с минимальным доходом, где таких затруднений не наблюдается вообще.

Среди отдельных социально-профессиональных групп финансовые затруднения присущи, прежде всего, служащим со средним специальным образованием, квалифицированным рабочим, а также безработным и пенсионерам по инвалидности, т.е. группам с низкими уровнями дохода. Конфликты из-за алкоголизации по месту работы или учебы также чаще наблюдаются у рабочих, причем и у неквалифицированных, кроме того, у инвалидов. Негативные социальные исходы алкоголизации отмечаются прежде всего у подростков низшего социального класса и лишь в небольшой степени затрагивают подростков высшего класса.

В целом, социально-структурный анализ обнаруживает несомненный параллелизм тяжести алкоголизации и ее социальных исходов, что обусловлено прямым повреждающим влиянием алкоголя на личность подростка. В то же время устанавливается и независимое влияние социально-структурных переменных на исходы подростковой алкоголизации. Это влияние проявляется в усугублении негативных эффектов алкоголизации в наиболее “незащищенных” подгруппах подростков (воспитывающихся вне семьи, имеющих братьев и сестер, создавших собственную семью, низкостатусных, юношей) и напротив наблюдается их нейтрализация в “защищенных” подгруппах (проживающих с родителями, единственных детей, высокостатусных, девушек).


Другие интересные материалы:
О типологии супружеского алкоголизма
Предпринята попытка провести современную типологию супружеского алкоголизма...

А. Егоров Одной из характерных особенностей сегодняшней ситуации,...
Криминологический анализ преступлений, связанных с наркотиками


Обратимся к некоторым криминологически значимым аспектам наркотизма....
Созависимость: характеристики и практика преодоления
Химическая зависимость — семейное заболевание. Есть теории, рассматривающие...

Химическая зависимость — семейное заболевание. Есть теории,...
Кто кого бросает. Я бросил наркотики или наркотики бросили меня?
«Человек начинает стремиться к изменению только тогда, когда субъективно...

Почему люди употребляют наркотики? Причин действительно много, но если быть...
Фундаментальные принципы взаимодействия врачей и общества
(дискуссионные заметки к вопросу о приоритетном национальном проекте по...

Введение. Общественное развитие неразрывно связано и обусловлено...
 

 
   наверх 
Copyright © "НарКом" 1998-2013 E-mail: webmaster@narcom.ru Дизайн и поддержка сайта Петербургский сайт
Rambler's Top100