Новости
 О сервере
 Структура
 Адреса и ссылки
 Книга посетителей
 Форум
 Чат

Поиск по сайту
На главную Карта сайта Написать письмо
 

 Кабинет нарколога _
 Химия и жизнь _
 Родительский уголок _
 Закон сур-р-ов! _
 Сверхценные идеи _
 Самопомощь _
 Клиника



Профилактика, социальная сеть нарком.ру

Лечение и реабилитация наркозависимых - Нарком рекомендует Клинику Narcom.ru

Лечение и реабилитация больных алкоголизмом - Нарком рекомендует Клинику Narcom.ru
Решись стать разумным, начни!





Преодоление химического наркотизма

 


> Родительский уголок > Родители родителям > Преодоление химического наркотизма

По существу, правды о наркомании большинство граждан не знает. В сознании многих — измышления о наркомании, неточные или вообще ошибочные сведения, порождаемые непониманием ее специфики, а также влиянием наркотической идеологии. Это может показаться странным, ведь слова «наркомания», «наркотики», «наркоманы» известны всем. Если бы все знали правду о наркомании, число вовлекаемых в нее значительно бы сократилось.

С. Бондырева, Д. Колесов

По существу, правды о наркомании большинство граждан не знает. В сознании многих — измышления о наркомании, неточные или вообще ошибочные сведения, порождаемые непониманием ее специфики, а также влиянием наркотиче­ской идеологии. Это может показаться странным, ведь слова «наркомания», «наркотики», «наркоманы» известны всем. Если бы все знали правду о наркомании, число вовлекаемых в нее значительно бы сократилось. Обратим внимание на три ключевых понятия: смертельная опасность под видом прият­ного (действие наркотика); незаметность порабощения нарко­тиком психики и всей жизни человека; обыденность начала этой беды.

Многие не понимают, что весь ужас наркомании заклю­чен в том, что действие на мозг некоего химического вещест­ва может понравиться, ведь обычно мы не опасаемся того, что нам нравится, а здесь именно этого и надо опасаться. И в этом наркомания принципиально отличается от всего того опасного, с чем человеку обычно приходится встречаться. Опасность и ужас наркомании персонифицируются челове­ком (кто бы это ни был), предлагающим: «Попробуй — тебе понравится!» Так происходит первая проба. А продолжать всегда легче, чем начинать. За первой пробой следует вторая, третья, и вскоре наркотическое зло успевает почти навсегда укорениться в психике индивида, начавшего прием нарко­тика, причем каждый новый прием наркотического вещест­ва прокладывает путь следующему, усиливая и закрепляя же­лание повторения, а затем и желание постоянно находиться в состоянии дурмана. Головной мозг не способен ощущать собственную боль, поэтому разрушение любого его участка происходит безболезненно. Иначе каждый прием наркотика вызывал бы непереносимо тяжелое ощущение удара по нер­вным клеткам. Человеку первое время кажется, что «все в по­рядке».

С учетом этого вполне справедливо и антинаркотически оправдано употребление характеристик наркомании типа «черная доминанта наркомании»; «шаг в пропасть»; «болото наркоты»; «ловушка наркомании»; «кайф вместо жизни»; «зло, засевшее в мозгу»; «бизнес на чужой беде». Полезно средствами информационного воздействия создавать образ потребителя наркотиков как человека, в мозгу которого поя­вилась невидимая, но прочная клетка, в которую отныне заклю­чена его душа. И эту клетку в своем мозгу он постоянно носит с собой, а душа его постоянно бьется в этой клетке. И только у «злостных» наркоманов в этой клетке ничего уже нет: душа или то, что у него было вместо нее, «выгорела».

Воспитательное антинаркотическое воздействие должно быть направлено на дискредитацию всех утверждений идео­логов наркотизма и рядовых потребителей наркотиков, аги­тирующих в пользу потребления наркотика неискушенную молодежь. Важно учитывать, в частности, что в художествен­ной литературе прошлого могут встречаться утверждения, лояльные к наркотикам, но их разрушительная сущность стала понятна не сразу. По существу, только в последние не­сколько десятилетий — увы, десятилетий победного шествия наркомании по миру — стали ясны все детали и многообраз­ные черты этого зла. Поэтому надо уметь противопоставлять современные взгляды утверждениям в пользу наркотиков.

В интересах преодоления химического наркотизма следу­ет учитывать, что наркотический соблазн эксплуатирует лю­бые недостатки и пороки воспитания: глупую доверчивость, стремление к удовольствиям как самоцели. Вынужденными потребителями наркотиков или злостными наркоманами становятся по легкомыслию, по безответственности, из-за алчного стремления все в жизни испробовать хотя бы один раз, стремления ни в чем «не отставать от других» (в хорошем не отстать трудно, а в плохом — практически не требует уси­лий). Как нетерпимые должны восприниматься образы «особо изящного» или «мужественного» курения, сцены ли­хого «опрокидывания стакана» и т. д. Эдак можно дойти и до демонстрации «особо умелого» введения себе наркотика в вену или чего-либо подобного! Полезно помнить, что любое, даже положительное качество индивида может оборачивать­ся — при определенных условиях — своей отрицательной стороной. К примеру, доверчивость — качество положитель­ное. Но ведь доверчивыми манипулируют, доверчивых про­воцируют. И дельцы наркобизнеса в этом весьма изощрены.

Необходимо формировать у детей и подростков правиль­ное отношение к свободе и ответственности, способность представлять себя в будущем и оценивать каждое свое акту­альное действие в свете будущего, а именно не жить одним днем, понимать, что подлинно приятным может быть только то, что окажется таким и в будущем, а не только сейчас, что не обернется неожиданно каким-нибудь злом.

В процессе антинаркотического воспитательного воздей­ствия необходимо вырабатывать у подрастающего поколе­ния устойчиво негативную оценку наркотизма, нетерпимое к нему отношение, а также некоторые специфические черты поведенческого характера.

В плане оценки:

● оценку наркомании как большого общественного зла;

● оценку наркотиков как очень опасных веществ;

● оценку наркодилеров как злоумышленников;

● оценку потребителей наркотиков как источника нарко­тической опасности для тех, кто с ними общается.

В плане отношения:                        

● негативное отношение к наркомании как большому об­щественному явлению;

● настороженное отношение к наркотикам и ситуациям их применения;

● возмущенное отношение к наркодилерам;

● негативное отношение к наркоманам и сочувственное, но настороженное отношение к вынужденным потребите­лям.

В плане поведения:

● умение вовремя распознать ситуацию наркогенного за­ражения;

● стремление и умение своевременно избегать подобных опасностей;

● способность и умение проявить твердость к наркотиче­скому давлению, к предложениям обязательно попробовать наркотик;

● умение убедительно и логично обосновать свой отказ от пробы наркотика и способность постоянно отстаивать эту свою позицию в любых ситуациях.

 

1. Типы «антинаркогенных барьеров»

Профилактика наркотизма должна базироваться на не­терпимости общества к этому явлению и быть нацеленной на формирование у граждан антинаркогенных барьеров — ан­тинаркотических, антиалкогольных, среди которых следует различать внутренние и внешние.

Внутренние антинаркотические барьеры — это, во-первых, биологическая устойчивость индивида к действию нарко­генных веществ (здоровый образ жизни родителей, эффек­тивная перинатальная профилактика). Во-вторых, психиче­ская устойчивость индивида к наркогенному соблазну (на­личие развитой и устойчивой потребностно-эмоциональной сферы, общественно полезных ценностных ориентации и соответствующих им видов деятельности, приносящей удов­летворение). В-третьих, актуальные мотивы воздержания от знакомства с наркогенными веществами на основании зна­ния их разрушительного действия на организм и психику; знание способов противостояния наркогенному давлению среды, в частности правильной тактики поведения в ситуации наркогенного заражения.

Внешние антинаркотические барьеры — это, во-первых, непримиримость общественного сознания к наркотизму, достигаемая совместными усилиями педагогов, социологов, социальных психологов, работников средств массовой ин­формации, деятелей религии. Во-вторых, эффективное пре­сечение незаконного оборота наркотических веществ с целью достижения неотвратимости наказания за участие в их производстве и сбыте (правоохранительные органы при под­держке общественности).

Подразделение антинаркогенных барьеров на внешние и внутренние оправдано необходимостью максимально четко­го распределения функций субъектов целостной антинарко-генной деятельности общества. Необходимо учитывать так­же и результаты исследований об относительной роли внут­ренних и внешних факторов в регуляции жизнедеятельности индивидов. Одни строят свое поведение исходя из собствен­ного, четкого определенного отношения к внешнему миру и устойчивы к воздействию ситуационных факторов, другие, напротив, легко уступают внешнему давлению. Эти разли­чия могут быть интерпретированы с точки зрения развито­сти и устойчивости личностного начала. Если индивид до­стиг высокого уровня личностного развития и обладает ука­занными выше внутренними антинаркогенными барьерами, ситуации наркогенного заражения для него становятся на­много менее опасными. Наличие установки на постоянство внутреннего мира, на полное владение своими психически­ми функциями, способность достигать состояния душевного равновесия за счет внутренних ресурсов психики делает непри­емлемым возможное желание изменить свое психическое состояние с помощью каких-то химических веществ, теряя при этом ясность восприятия окружающего мира, утрачи­вая, хотя бы частично, переживание своего «Я». Напротив, если индивид личностно незрел, переживание собственного «Я», его устойчивость и ясность могут и не быть для него цен­ными и важными, и он легко готов уйти от самого себя ради ка­кого-либо удовольствия (по сути дела, это и есть основа так называемого примитивного гедонизма). Естественно, что его устойчивость к наркогенному соблазну будет опреде­ляться только эффективностью внешних антинаркогенных барьеров: активным неодобрением или порицанием окружа­ющих, большой вероятностью наказания. Естественно так­же, что любое ослабление внешнего контроля в этом случае чревато началом наркотизации. Не случайно ослабление внимания общества к проблеме наркотизма (имеется в виду квалифицированное внимание!) всегда вело к расширению потребления наркогенных веществ, к возрастанию числа ал­коголиков и наркоманов.

Далее мы расскажем о том, что необходимо учитывать в практике формирования внутренних антинаркотических барьеров, — о факторах невосприимчивости индивида к нар­когенной «заразе», его устойчивости к наркотическому со­блазну, искушению, обольщению.

 2. Видимая и невидимая опасность

Слово «опасность» знакомо каждому. Опасным является все, что создает угрозу прекращения жизни, угрозу тяжелой болезни, угрозу повреждения какой-либо части тела. Наибо­лее известна такая опасность, как большой, шумный, быстро перемещающийся массивный предмет, к примеру мчащийся поезд, для стоящего на железнодорожном переезде, или не­сущийся мимо самосвал для стоящего на проезжей части, или стадо разъяренных животных, если вы очутились на их пути. Все это опасность явная, заметная каждому.

Но наряду с видимой, явной опасностью может быть и скрытая, невидимая опасность: болезнетворные микроорга­низмы, радиация, химическое загрязнение окружающей среды. Часто наличие такой опасности незаметно, но порою она больше угрожает жизни, чем опасность явная. К приме­ру, в Средние века в Европе были эпидемии чумы и черной оспы, холеры и сифилиса, погубившие множество людей. Причина смерти была настолько непонятной, а угроза каждому неотвратимой, невидимой и неизвестно откуда взяв­шейся, что все эти заболевания первоначально называли «поветриями». Лишь с течением времени выяснилось, что вызываются они (и подобные им) попаданием в организм человека и размножением в нем мельчайших живых су­ществ — болезнетворных микроорганизмов: вирусов, мик­робов.

Чем скрытая опасность хуже явной? Тем, что от нее труд­нее уберечься. При явной опасности надо просто не сталки­ваться с ее носителем непосредственно: не пытаться перейти железнодорожные пути перед приближающимся поездом, не выходить на проезжую часть улицы, когда по ней мчатся машины, не попадаться на пути разъяренного животного. А как быть с опасностью невидимой? Важно уметь предусмот­реть заранее саму возможность встречи с ее источником и кое-что делать «на всякий случай», что называется «профи­лактикой». Действительно, мыть руки перед едой следует не только тогда, когда вы решили, что на них уже находятся па­лочки дизентерии, но и всегда регулярно, на всякий случай, профилактически. В этом и состоят различия должного от­ношения к явной (видимой) и невидимой опасности.

А может ли видимая опасность быть внешне безобидной, как бы и не-опасностью? Да, есть и такая. Это наркотики. Глядя на порошок некоего химического вещества или некую жидкость, невозможно представить себе всю их огромную разрушительную силу, всю степень заключенного в них зла: эволюция ничего здесь в понимании такого зла не подсказы­вает. Дело в том, что в природных условиях такое вещество не может попасть внутрь организма и поэтому не может стать фактором естественного отбора. Но в процессе освоения окружающей среды и использования ее факторов люди сами способствуют попаданию таких веществ в организм, к собст­венной беде. Опасность эта невидимая. Вещество, само по себе не вызывает опасений. Но если оно проникает в орга­низм,   то   в  головном   мозге   возникают  негативные изменения. Поэтому эта опасность самая коварная. И изба­виться от нее крайне трудно, а порою невозможно.

В чем же конкретно заключается опасность наркотиче­ских веществ? В том, что начинающий принимать наркотик постепенно, но очень быстро становится его рабом, которому постоянно и сильно хочется находиться в состоянии одурмани­вания, вызываемом наркотиком. Жизнь без дурмана стано­вится такому человеку неинтересной, тяжелой, и он всеми своими силами стремится принимать это вещество раз за ра­зом, лишь бы не выходить из состояния дурмана. Если под­чинившемуся этому злу индивиду предоставить возмож­ность делать то, что от него требует наркотик, то он так и останется до конца своих дней в состоянии дурмана («кай­фа»), не занимаясь ничем другим, не исполняя обязанно­стей, свойственных человеку, не желая работать, не стремясь общаться с близкими.

Разве в жизни человека кроме этого нет приятного? Удо­вольствие от хорошо сделанного дела. Радость достижения цели. Похвала и восхищение других людей. Ощущение сво­боды выбора своих действий. Все эти желания и радости нар­котик постепенно и незаметно вытесняет из психики подчинив­шегося ему индивида. Эффект наркотика в центральной нер­вной системе делает индивида совсем другим, чем раньше. Его уже не интересует то, что интересовало раньше, он уже не имеет прежних привязанностей. По существу, это уже не свободный человек, а раб ничтожного и безобидного с виду порошка или жидкости. Не помогают здесь ни физиче­ская сила, ни здоровье: наркотическое зло поселяется в мозгу и изнутри управляет действиями такого человека.

Государство ведет борьбу с оборотом наркотиков. Что это такое? Это производство, транспортировка, продажа нарко­тиков теми, кто стремится на них нажиться, тем, кто безот­ветственно готов на себе испробовать их действие ради но­вых ощущений. Оборот наркотиков происходит нелегально, подпольно, поскольку государство понимает всю их опас­ность и преследует тех, кто вовлечен в этот оборот. И следовательно, распространение наркотиков — это тоже невиди­мая опасность.

Гражданам страны, в том числе и подрастающему поко­лению, не стоит уподобляться тем, кто вообще не может по­нять невидимую опасность. Для того человеку природой и дан разум, чтобы он мог, улавливая связь между причиной и следствием, думать не только о сегодняшнем дне, но и о дне завтрашнем. Если человечество не научится бороться с нар­команией, не сумеет прервать передачу зловредного «опыта» от уже ставших рабами наркотиков тем, кто их еще не прини­мал, то со временем государство может стать «наркотиче­ским» (см. выше).

Тот факт, что наркотизм в современном мире процветает, говорит о том, что подрастающие поколения плохо знают, как себя вести в опасной ситуации — перед лицом невиди­мой опасности. Некоторые подростки вообще не замечают опасности ситуаций наркотического «заражения», которые возникают в компании, другие пытаются подавить в себе ин­стинктивно возникающий страх, третьи относятся к опасно­сти с безразличием, считая, что в «компании можно и допус­тимо все» (явное извращение представлений о коллективиз­ме). Но ведь в числе приятелей и знакомых могут оказаться опасные индивиды, только опасность, исходящая от них, во­все не зримая; чаще она именно незаметная.

3. Первая проба

Наркомания начинается как приключение, продолжается как болезнь и завершается как жизненная катастрофа. Доста­точно лишь первой пробы. Дело в том, что наркотики обла­дают таким сродством с нейронами головного мозга, что даже однократный прием такого вещества вызывает в мозге не­обратимые изменения, незаметные, может быть, сначала, но неустранимые. Не случайно уже при втором приеме нарко­тика изменяется первоначальная защитная реакция орга­низма на него: она ослабевает, но проявляется после того, как эйфория начнет угасать. То есть защитная реакция прини­мает отсроченный характер. В случае продолжения приема наркотика первоначальная реакция вообще исчезает, но как бы концентрируется на моменте прекращения его действия и со временем проявляется в форме абстинентного синдро­ма. Поэтому правильнее говорить об изменениях характера первоначальной защитной реакции на наркотик, а не о ее ис­чезновении, т. к. она не исчезает никогда, поскольку для ор­ганизма наркотическое вещество остается врагом и он про­должает с ним бороться.

Удивительной и непонятной является скорость исчезно­вения абстинентного синдрома после того, как индивид примет «свое» вещество, будь то наркотическая абстиненция или алкогольное похмелье. Это непонятно биологически и отчетливо неблагоприятно психически в плане усиления за­висимости индивида от наркогенного вещества, которое на­чинает представляться наркоману или алкоголику «спаси­тельным». Он не осознает, что все его неприятности нача­лись именно с него.

Главным в изменении реакции организма на наркоген­ное вещество является то, что значимость этого фактора в ходе развития болезненной зависимости меняется на проти­воположную, т. е. то, что сначала вызывало признаки отрав­ления, становится фактором предотвращения этих же при­знаков. Причину этого следует искать в особенностях соот­ношения центров потребностей и механизмов вегетативного обеспечения их удовлетворения. И еще одна ассоциация с гипотетическим механизмом действия гомеопатических средств. Известно, что гомеопатия использует принцип «по­добное лечит подобное» (но с обратным эффектом). К при­меру, вещество, вызывающее судороги, — стрихнин — в го­меопатических дозах вызывает антисудорожный эффект, некоторые рвотные вещества в очень малых дозах обладают противорвотным эффектом.

Итак, первая проба. Что нужно, чтобы ее предотвратить? Главное — знание того, в каких именно жизненных ситуациях она происходит, а для этого такие ситуации надо изучать, что мы и сделали совместно с Л. X. Казаковым. Под наблю­дением были подростки-наркоманы в лечебно-воспитатель­ных профилакториях (Л ВП) — заведениях для исправления малолетних наркоманов, от которых впоследствии отказа­лись, потому что не сумели наладить их работу и использо­вать их потенциал. И медики, и психологи, и педагоги оказа­лись не на высоте задач воспитательного антинаркотизма. Между тем знание всеми подростками опасных для них ситу­аций могло бы дать значительный антинаркогенный эф­фект, поскольку в принципе болеть не хочет никто. Но мно­гим недоступно понимание различия между «сейчас» и «по­том», а вместе с этим — понимание неотвратимости послед­ствий тех или иных своих действий.

Для предотвращения начала потребления ребенком нар­котических веществ взрослым необходимо выполнить три функции:

● привить ему самостоятельность в поступках;

● сформировать у него убеждение о вреде наркотических веществ и огромной опасности их употребления;

● осуществлять текущий антинаркотический контроль (см. ниже).

Самостоятельность в поступках важна потому, что по­дросток, юноша или девушка могут знать о вреде алкоголя или наркотиков, но не в состоянии противостоять давлению приятелей. Знание о вреде этих веществ может реализоваться в поведении лишь при достаточной самостоятельности человека. Эта самостоятельность определяется наличием у подростка правильного понимания различий между компанией и коллек­тивом, способности ориентироваться на требования родных и близких, а не посторонних людей.

Необходимо также наличие разумного чувства опасности (см. выше). Каждый человек должен понимать, что страх не является признаком слабости или трусости. Напротив, это полезное и необходимое чувство. Следует помнить, что герои отличаются от прочих людей не тем, что они не испытывают страха (в определенной ситуации это вообще было бы ненормальным), а тем, что они способны его преодоле­вать ради дела.

Есть ситуации и явления, бояться которых необходимо каждому недураку. К числу их относятся наркогенные веще­ства и их употребление. Боязнь здесь не признак трусости, а проявление ума. При оценке какой-либо ситуации, которая может вызывать страх, необходимо решить: есть ли необхо­димость действовать вопреки этому чувству? 3 качестве этой необходимости не может (и не должно) выступать желание заслужить одобрение неких людей. Воспитанный таким об­разом человек не будет стараться доказывать окружающим свою «смелость», демонстративно совершая безрассудные поступки. Между тем наркоманы и торговцы наркотиками вовлекают новичков в наркоманию, ловя их именно на стремлении выглядеть смелыми, «подначивая»: «Тебе слабо? Боишься?» Правильной реакцией на это будет твердый от­вет: «Да, боюсь! Да, испугался!» Истинная смелость проявля­ется ради важных целей и полезных дел. Всегда и обязатель­но следует выяснить у «подначивающих»: а какая именно важная их цель стоит за их настойчивыми предложениями по­пробовать наркотик? Родители должны внушать детям, что именно наличием высокой цели герои отличаются от авантюри­стов, которые тоже порой могут проявлять смелость и дейст­вовать, несмотря на опасность. Но делают они это ради острых ощущений, а не в интересах дела. Смелость должна быть не только умной, но и честной.

И еще очень важное. Каждый человек, и особенно моло­дой, должен правильно вести себя в ситуации спора и иметь к подобным ситуациям настороженность, понимание, что они нередко используются с целью обмана. Важно обращать внимание на то, кто и с какой целью предлагает сделать что-либо «на спор». Важно подумать: кому этот спор может быть выгоден и почему? Чего именно он хочет добиться, за­тевая этот спор? В этом случае распространитель наркотиков уже не подловит новичка, предложив попробовать наркотик «на спор» («спорим, ты этого не сделаешь», «спорим, ты это­го не попробуешь» и т. д.). При этом важно уметь оценивать реакцию окружающих и вовремя замечать ситуацию сговора, когда окружающие тоже начинают «подначивать», поддер­живая провокационное предложение или же настороженно ожидая реакцию на него.

Такие ситуации следует воспринимать как очень опасные, именно как провокацию. Любым путем надо стремиться их избегать, уходить от контакта с этими людьми под любым предлогом, воспользовавшись любой отговоркой, чтобы по­том уже с ними больше не встречаться. Ярким и полезным для молодежи примером может послужить рассказ А. К. Толстого (1817—1875) «Семья вурдалака», в котором убедительно обрисована ситуация, когда один из заговорщи­ков заманивает жертву, а остальные с нетерпением ожидают, когда смогут напиться ее крови.

Сравнение существующих, к несчастью, наркоманов и наркодилеров с несуществующими, к счастью, вурдалаками вполне закономерно и оправданно: человек, которого укусил вурдалак, и сам становится вурдалаком и начинает делать то же самое, выискивая новые жертвы. Но также поступает и нарко­ман: приобщенный к употреблению наркотических веществ или их сбыту человек нередко стремится вовлечь в наркома­нию новичков. Именно таким путем наркомания и распро­страняется.

Приведем примеры того, как подростки стали наркома­нами, будучи втянуты окружающими в потребление нар­котических веществ, хотя и знали об опасности таких ве­ществ.

Ситуация 1. Приятели-наркоманы ведут разговоры о при­ятном состоянии после употребления наркотика и утверждают, что это безвредно.

Рассказ наркомана: «Я начал употреблять наркотик в восьмом классе. У нас была своя компания. Мы ежедневно встречались во дворе и вместе проводили время. Все ребята, и я втом числе, курили сигареты. После летних каникул в нашей компании появился новый парень. Мы узнали, что он курит "травку". Он так здорово рассказывал о том, какой он при этом "ловит кайф", что некоторые из нашей группы по­пробовали сразу. Я долго отказывался. Но, в конце концов, он убедил меня, что ничего не случится, если я разок попро­бую. Так я впервые попробовал. Вскоре я втянулся так, что уже не мог обходиться без наркотика. А однажды не рассчи­тал и принял такую порцию, что в тяжелом состоянии был доставлен в больницу. С тех пор прошло два года, но оста­вить привычку не могу. Хотя уже меня пытались лечить, но ничего не помогло. Сейчас нахожусь в лечебно-воспитатель­ном профилактории. Я многое передумал здесь. Как жить дальше? Как "завязать" с наркотиками? Считаю, что после лечения должен буду поменять место жительства. Иначе, встретив старых дружков, снова могу сорваться, и тогда все полетит к черту».

Рассказ другого наркомана (вариант той же ситуации): «Когда я узнал, что мой близкий друг колется, то очень уди­вился. Он мне показывал, как это делается, и рассказывал о своих ощущениях после принятия наркотика. Видя мое лю­бопытство, он мне несколько раз тоже предлагал попробо­вать. Но какая-то сила, внутренний страх сдерживали меня. Однако мой друг рассеял мои опасения. Он приводил примеры из художественной литературы, фильмов, где описываются сцены употребления наркотиков и состояние "кайфа" после них. В итоге я не выдержал и попробовал. С тех пор мы стали колоться вместе.

Через несколько месяцев мы уже не могли обходиться без наркотиков. Мы постоянно нуждались в деньгах. Однажды друг предложил выкрасть магнитофон из школы, где я учил­ся. Продав его, мы на какое-то время обеспечили себя день­гами. Вскоре нам опять понадобились деньги. Решили про­никнуть в здание ПТУ и взять из кабинета что-нибудь из ра­диоаппаратуры, но сработала сигнализация. В итоге мы были осуждены. После колонии продолжал употреблять наркотики. Два раза пытался лечиться. Не помогло. Сейчас нахожусь на принудительном лечении. Считаю, что каждый человек — сам хозяин своей судьбы и во всех ошибках дол­жен винить себя. Не знаю, что буду делать после выхода от­сюда. Сказать, что совсем "завязал" с наркотиками, не могу. Постараюсь, конечно, изменить образ жизни, но чувствую, что мне будет трудно, т. к. нет у меня человека, на кого бы я мог опереться».

Пояснение к ситуации 1. Давайте подумаем: зачем тот, кто уже курил «травку», так настойчиво уговаривал новичка? Об этом прямо говорят его слова: «...в конце концов, он убедил меня». Значит, очень старался, делал это настойчиво и долго. И чем все это закончилось?

Ясна ли связь между предложением наркомана присоеди­ниться новичку к его занятию и тем, что с этим новичком вскоре произошло? Да, потому что он сделал две вещи: во-пер­вых, дал себя уговорить, хотя и не хотел пробовать; во-вторых, не постарался отделаться от этой компании.

Курящих особенно легко втянуть в наркоманию, просто подложив в сигареты, без их ведома, какое-либо наркотиче­ское вещество. И если уж вы стали рабом привычки к куре­нию, то вам хотя бы должно хватать ума не пользоваться сигаретами, которые кто-то настойчиво вам предлагает. Задайте себе вопрос: зачем он это делает? Почему он так хочет, чтобы вы взяли «его» сигарету, а не обходились куп­ленными в табачном киоске? Что это за благотворитель­ность?

Вариант ситуации 1. Подросток опасался наркотиков, но «друг развеял» его опасения. Ну и что? Вскоре без наркотиков не могли обходиться уже оба. Не имея средств на их приобре­тение, вступили на путь криминальной деятельности. До на­чала потребления наркотиков у этих подростков никогда не было стремления что-либо где-либо украсть. Л тут они дела­ли это вынужденно. Подросток делает правильный, но запоз­далый вывод: «...считаю, что каждый человек — сам хозяин своей судьбы и во всех ошибках должен винить себя». Это верно, но почему он не подумал об этом раньше, еще до знакомст­ва с наркотиком?

Ситуация 2. Старшие по возрасту наркоманы принимают подростка в свою компанию и стремятся приучить его к своим привычкам.

Из письма наркомана: «В классе у меня не было друзей. Меня тянуло в компанию на улицу. Эти ребята были старше меня и учились в соседнем со школой ПТУ. Практически всегда я заставал кого-то из них недалеко от территории учи­лища, в каком-нибудь безлюдном тихом местечке, где нико­му до нас не было дела. Мне было хорошо среди этих ребят. Непринужденная беседа обо всем. Никто тебе не надоедает дурацкими вопросами, упреками. Короче, не как в школе или дома, где тебя только и знают, что поучают и "пилят". В ком­пании я полностью расслаблялся. Я видел, что эти ребята употребляют наркотики. Когда мне впервые предложили по­пробовать, я отказался. Они только усмехнулись. Потом один из них сказал, что хотели просто проверить меня на взрослость. Через несколько дней я подошел к одному из них и попросил его дать папиросу с наркотиком. Тот не отказал. Папироса вызвала у меня неприятные ощущения, но я сделал вид, что "кайфую". Со временем я незаметно для себя пристрастился к наркотику».

Пояснение к ситуации 2. Ясно, что с родителями отноше­ния у этого подростка не сложились, и поэтому он «расслаблял­ся» именно в компании. Вместе с тем у него было инстинктив­ное опасение наркотиков. Но старшие по возрасту наркоманы подловили его на стремлении ко взрослости: «...один из них ска­зал, что они хотели просто проверить меня на взрослость». И он, преодолевая свои опасения, а затем и неприятные ощуще­ния от табака с наркотиком, продолжал доказывать «прияте­лям» свою «взрослость». Ну и что он теперь с нею будет делать, с этой «взрослостью» ? Стало ли ему лучше от того, что теперь он такой «взрослый»?

Ситуация 3. Предложение попробовать наркотик имеет ха­рактер принуждения.

Рассказ юноши: «Я познакомился с ребятами на дискоте­ке. Мне нравилось, что они держатся дружно. Постарался "втереться" в их компанию. Но они долго не принимали меня, находя во мне что-то "аристократическое". В конце концов, мне открыто сказали: "Если ты хочешь быть с нами, ты должен быть, как все, и ничем не выделяться. Драться, так всем вместе. Пить, курить, ловить "кайф" — тоже вместе. Но, если ты хочешь быть "белой вороной", тогда тебе не место в на­шей компании". Я, конечно, был сильно огорчен. Принять их условия я не мог, т. к. не представлял себя пьющим спиртное или употребляющим наркотики. Какая-то внутренняя сила за­ставила меня воздержаться.

Уже прошло более десяти лет после этого случая. Встре­чая в последнее время в прессе частые публикации о моло­дых наркоманах, ловлю себя на мысли, что и я мог бы сглупить и пойти по гибельному пути. Но благодарю судьбу, что этого не случилось».

Пояснение к ситуации 3. Подростка пытались заставить принять наркотическое вещество «вместе со всеми». Но его инстинктивное чувство опасности оказалось сильнее, и он не поддался наркотическому давлению. И теперь благодарит судьбу: «..ловлю себя на мысли, что и я мог бы сглупить и пойти по гибельному пути».

Ситуация 4. Опытные и старшие по возрасту наркоманы во­влекают подростка в употребление наркотиков, спекулируя его желанием выглядеть мужественным и извращая это понятие.

Из письма воспитанника лечебно-воспитательного профи­лактория: «"Только настоящий мужчина употребляет нарко­тик, слабому это не под силу", — внушали мне старшие ребята на улице. На мои робкие возражения ребята-наркоманы при­водили убедительные доводы. Особенно я запомнил одного из них, который часто приводил примеры из жизни экранных "героев", где "сильные личности" употребляют наркотик. "Но тем не менее, эти люди сильные, ловкие, прекрасно во­дят машину, бегают, прыгают", — говорил он. И, знаете, он многих ребят в компании сумел убедить в этом. В том числе и меня. Только теперь я понимаю, почему он так усердствовал. Если вначале он просто угощал нас, то потом, когда мы привык­ли и не могли обходиться без наркотика, требовал платы. И единственным нашим желанием было достать деньги и побыстрее "забалдеть"».

Пояснение к ситуации 4. Торговец наркотиками старался подловить подростка на его стремлении к взрослости, желании выглядеть «мужественно», «героически». А стоял за этим ко­рыстный расчет: «...теперь я понимаю, почему он так усердст­вовал... когда мы привыкли и не могли обходиться без наркоти­ка, он требовал платы».

Ситуация 5. Подростку внушается мысль, что наркотики помогают преодолевать жизненные трудности.

Из письма наркомана: «После восьмого класса я пошел учиться в ПТУ. Там познакомился с ребятами, которые употребляли наркотики. Мне несколько раз предлагали по­пробовать, но я отказывался. Весной у меня начались непри­ятности в училище, я поругался с мастером, да и дома стал конфликтовать с родителями. Осенью я ушел учиться в дру­гое училище. Но здесь мне было еще хуже: я избил своего сокурсника. Открыли дело, меня поставили на учет в инс­пекции по делам несовершеннолетних. Отец жестоко по­бил меня, сказал, что не допустит, чтобы в нашем роду были преступники. Единственные люди, кто мне сочувствовал, были мои друзья по первому ПТУ. Я мог излить им свою обиду. Ребята меня успокаивали. А однажды дали закурить, уверяя меня, что это поможет забыться. Это была моя первая папироса с наркотиком, затем вторая — и пошло, пока не до­катился до сегодняшнего состояния. Теперь не могу и дня без наркотика. Целый день у меня в голове только одна мысль: где взять денег и где достать наркотик. Родители умоляют ле­читься. Может быть, я еще найду в себе силы бросить пагубную привычку. Хотя несколько раз пытался это сделать, но безуспешно. Устал от всего. Хочу все забыть и не вспоми­нать ничего...»

Пояснение к ситуации 5. У подростка было инстинктивное понимание опасности наркотиков: «...мне несколько раз пред­лагали попробовать, но я отказывался». Но затем, в минуту душевной слабости (в связи с неприятностями в училище), он принял такое предложение. И что в результате? «Теперь не могу и дня без наркотика. Целый день у меня в голове только одна мысль: где взять денег, где достать наркотик?» Что в жизни он выгадал, приняв предложение наркоманов присоеди­ниться к их занятию?

Ситуация 6. Наркоманы или торговцы наркотиками спе­циально угощают ребят сигаретой с «начинкой» без их ведо­ма.

Из беседы с бывшим наркоманом: «В нашей компании были ребята 16—18 лет. Вечером в парке или у кого-то во дво­ре мы курили "травку". Возле нас нередко крутилась мелюз­га лет 10—13. Помню, мы иногда угощали их сигаретами. Бывало, что некоторые из нашей компании подшучивали над ними. Давали сигарету, начиненную наркотиком ("мастырка", как мы ее называли). Подросток, который ничего не подозревал, затягивался раз, другой. Нам было забавно ви­деть, как изменялось его поведение после затяжки. Однажды один из таких экспериментов чуть не закончился трагиче­ски. После "мастырки" одному из мальчишек стало плохо. Вызвали "скорую". Родители мальчика подали заявление в милицию, стали разбираться. На двоих ребят из нашей ком­пании завели дело. Был суд, и их осудили. Давно это было, но я вижу, что около наркоманов по-прежнему крутятся млад­шие ребята. Если их не предупредить вовремя, может быть большая беда».

Вариант ситуации: во время следствия по делу о торговле наркотиками выяснилось, что подследственный распростра­нял наркотики — в основном среди подростков и молодых лю дей. При этом им использовалась хитрость. «Товар» (нарко­тик) он носил в коробочке из-под спичек. Новичков угощал бесплатно. При этом сам демонстративно доставал из коро­бочки «наркотик», заправлял им папиросу и закуривал. Он всем своим видом показывал, что получает огромное удовольствие от этого. Но вся хитрость заключалась в том, что в коробочке у него находились два вещества. С одной стороны помещался настоящий наркотик, с другой — тра­ва, имитирующая наркотик. Сам он, конечно же, «курил» обычную траву, других угощал наркотиком. Как только подро­сток привыкал к наркотику, торговец начинал требовать с него деньги.

Пояснение к ситуации 6. Торговцы наркотиком демонстра­тивно курят перед новичками сигарету, будто бы начиненную наркотиком, имитируя огромное удовольствие. Новичкам же они дают сигареты с наркотиком бесплатно, до того момен­та, когда новичок сам станет просить еще. С этого времени наркоторговец дает ему свой «товар» только за деньги, и ни­когда бесплатно. Бесплатно — только тем, кто еще у него ни­чего не просит. Не правда ли, это типичный пример провока­ции, ловли новичков на наркотический крючок?

Ситуация 7. Наркоманы утверждают, что употребление наркотиков имеет вековую традицию и поэтому наркомания якобы не только естественна, но и необходима.

Из рассказа наркомана: «В кругу моих знакомых я часто слышал о старых наркоманических традициях у народов Востока. Рассказы окрашивались в юмористические тона и возбуждали у слушателей интерес. Со временем у меня, да и у других моих сверстников пропал страх перед наркотиками. И однажды, когда нам предложили покурить, мы согла­сились. С той поры я регулярно употреблял наркотики. Про­шло неполных два года, и я уже не мог представить свою жизнь без "дурмана". Только здесь, в стенах профилактория, я начал задумываться о своей дальнейшей судьбе. Не знаю, как повернется жизнь. Но я понял одно: нельзя жить с по­стоянной мыслью о "дурмане". Это моя погибель».

Пояснение к ситуации 7. Подростков подловили на рас­сказах о пользе наркотиков, которые используются из­давна. Из этого факта необоснованно делался вывод о том, что «наркомания не только естественна, но и необходима». И это вместо вывода о том, что люди просто еще не научи­лись бороться с этим злом достаточно эффективно. Все это следует расценивать как пример наркотической пропа­ганды и агитации — внушения мысли о допустимости нар­комании и конкретных предложений приобщиться к ней.

Ситуация 8. Молодым людям предлагают принимать нар­котики «для улучшения сексуальных возможностей» (ссылаясь на традиции их потребления).

Из рассказа воспитанника лечебно-воспитательного про­филактория: «Часто в кругу моих знакомых ребят заводились разговоры о том, что наркотики повышают сексуальные воз­можности. В качестве примеров ссылались на стариков: они и чувствуют себя хорошо, и у каждого из них по 8—10 детей. Некоторые ребята верили этим словам и незаметно для себя становились наркоманами».

Пояснение к ситуации 8. Подросткам внушалось ложное убеждение в том, что наркотики в некоторых ситуациях мо­гут быть полезными или даже «необходимыми», т. к. они будто бы увеличивают некоторые возможности человека. При этом ничего не говорилось о наркомании как тяжелой болезни, приво­дящей психику к деградации, а организм — к истощению. Это пример провокации, призванной одурачить молодых и нео­пытных.

 

Число подобного рода ситуаций можно продолжить. Но ду­мается, что и сказанного нами достаточно, чтобы понять, на­сколько гибельным может оказаться неправильное поведение подростка, юноши в опасной для него ситуации — ситуации любезного, иногда ласкового и всегда с виду доброжелательного предложения попробовать некое вещество: «Попробуй — тебе понравится!» И все, кто попробовал, попались на наркотиче­ский крючок, к радости наркодилера, которому только этого и было надо.

Мы не зря говорим о высокой «заразительности» нарко­мании и токсикомании. Поскольку наркоман остается один на один со своей болезненной потребностью во все новых и новых дозах наркотического вещества, он активно ищет единомышленников, которые объединяются в группы, соблазняют неустойчивых, образуя целую наркотическую сеть — систему индивидов, взаимоотношений, связей, контактов, в которой запутываются все новые и новые жертвы. Эта наркотическая сеть сравнима с раковой опухолью: распадаясь изнутри (кто-то из наркоманов умер от наркотиков, кого-то направили на принудительное лечение, кого-то — в места заключения за правонарушения), извне она проявляет выражен­ную тенденцию к расширению, к отвоеванию для себя в здоровой ткани общества все большего пространства.

Любой наркоман — больной и несчастный человек, неполноценный член общества. Со временем неприглядным становится и его внешний облик, это опустившийся индивид, дни которого сочтены. И тем не менее нередко он оказывается способен вовлечь в наркотическое зло вполне здоровых, нормальных людей — подростков, юношей, а то и взрослых, внушая им одобрительное и подавляя критическое отношение к наркотическим веществам и употребляющим их людям. И еще большero осуждения заслуживает деятельность наркодилеров, всегда полных стремления расширить свой бесчеловечный бизнес, причем своих детей они стараются уберечь от наркотиков.

4. Антинаркотический контроль в семье и семь правил воспитания

В обществе постоянно происходят процессы биологического и социального наследования: младшее поколение усваивает наследственные черты и достижения предыдущего и его опыт, который, к сожалению, может быть не только по­ложительным, но и отрицательным в виде потребления ал­коголя, наркотиков, табака. Прервать такую преемствен­ность можно только одним способом — сделав младшее поко­ление невосприимчивым к предложениям кого-либо из старших испытать на себе действие какого-либо химического вещества. Как уберечь новое поколение от наркогенного зла? Как устранить его готовность испытывать незаслуженный «кайф» не от похвалы за хорошо сделанное дело, а за счет действия на мозг некого химического вещества?

Очевидно, что наиболее ответственным моментом в воз­никновении наркомании является первая проба, поскольку действие наркотика на мозг может оказаться необратимым. Если уж так случилось, что ребенок, подросток все же попро­бовал табак или наркотическое вещество, старшим очень важно не пропустить этот момент. Кто эти старшие? Родите­ли, учитель, а также старшие братья и сестры, которым тоже следует контролировать поведение младших.

Первая проба наркотика редко случается по первому же предложению, чаще — после нескольких предложений и уговоров. Для ребенка, подростка это все же некое событие. И по этой причине, и вследствие действия самого вещества он приходит домой в необычном состоянии. Важно эти из­менения уловить вовремя, чтобы принять меры к предотвра­щению повторных приемов. Интересно, что ребенок, кото­рый как бы настраивается начать курить, нередко начинает хранить у себя в вещах одну-две сигареты еще до того, как их испробует «в деле». Какие советы мы можем дать в связи со сказанным выше?

Во-первых, надо быть очень внимательным к общему со­стоянию и настроению ребенка, подростка, надо научиться оценивать любые их изменения. Иными словами, внимание, внимание и еще раз — внимание! Необычность выражения лица, поведения, настроения, внешнего вида — все это должно заставить взрослых сразу же встревожиться и провести внимательное расследование возможных причин.

Во-вторых, надо обязательно сравнивать состояние ребен­ка, подростка до того, как он ушел из дому, и по возвращении.

Это позволит вовремя заметить что-либо необычное, что-либо произошедшее. К сожалению, так бывает далеко не всегда. Вот что пишут об этом специалисты.

«Каким же занятым и беспечным родителем нужно быть, чтобы не заметить необычного состояния сына или дочери, на­ходящихся в стадии наркотического опьянения, — болезненной подавленности, угнетенности, отсутствующего взгляда или же, наоборот, эйфорического возбуждения, неестественного веселья, ответов невпопад, блуждающих "обалдевших"глаз!»

В-третьих, важно обращать внимание на появление в вещах подростка каких-либо таблеток, ампул, других медицинских препаратов, приспособлений для инъекций (уколов): шприцев, специальных игл, жгутов, закопченных ложек; химических веществ, особенно из класса органических растворителей; различных приборов (или их деталей) для обработки расте­ний, перегонки или очистки химических веществ.

В-четвертых, настороженность должны вызывать неожи­данные изменения направленности интересов подростка: ослабление его внимания к прежним занятиям, охлаждение к прежним увлечениям, а также изменения круга общения: разрыв отношений с прежними приятелями и появление но­вых. Следует обязательно выяснить, кто они и чем занима­ются в свободное время.

В-пятых, необходимо контролировать состояние домашней аптечки. При наличии в доме психотропных препаратов дер­жать их следует в месте, недоступном для тех, кому они не назначены врачом. Следить нужно также за имеющимися в доме средствами бытовой химии, помня, что и они могут быть предметом злоупотребления.

В-шестых, следует быть бдительными к изменениям, кото­рые, возможно, происходят в классе, где учатся сын или дочь (брат или сестра), в том числе и после прихода в него нового ученика. Если что-то изменилось, следует обязательно выяс­нить: что именно? Иногда одноклассник может начать во­влечение в потребление наркотиков многих из числа других учащихся. Таких случаев немало. Известно также, что неко­торые подростки сами проявляют инициативу в ознакомле­нии со свойствами наркотических веществ, без непосредст­венного давления со стороны кого-либо из окружающих. Так что наркотическим лидером класса может оказаться и хорошо знакомый одноклассник.

В-седьмых, следует внимательно прислушиваться к харак­теру разговоров подростка, в том числе и по телефону, к появ­лению в его лексике новых слов и понятий, жаргонных выраже­ний, указывющих на его наркотическую заинтересованность и осведомленность. Это и его оживление при упоминании о наркотических веществах, одобрительные рассказы об этих ве­ществах и потребляющих их людях, демонстрация своей ин­формированности о «преимуществах» одного из них перед приятелями, утверждения о «модности» и «современности» по­требления того или иного вещества с целью изменения своего настроения.

Если момент начального приобщения к наркотику упу­щен, то надо хотя бы уловить изменения в поведении, кото­рые происходят под воздействием повторных приемов нар­котических веществ: ранее не свойственные вялость, затор­моженность или, напротив, повышенная возбудимость, раз­дражительность, агрессивность; постоянные колебания ак­тивности и настроения; перемены в худшую сторону во внешнем облике, манерах, почерке, показателях в учении. Необходимо помнить о возможности изменений самочувст­вия и поведения, которые могут наблюдаться в случае пере­рыва в приеме наркотика и начале формирования абстинен­тного синдрома. Это непонятные жалобы на боли в мышцах или суставах, общее недомогание, боли в животе, чиханье и слюнотечение без каких-либо явлений простуды. В этот пе­риод подростки становятся беспокойными, особенно грубыми, раздражительными или подавленными. Они могут со­вершать внешне непонятные поступки, на самом деле обу­словленные поисками наркотиков. Нередко в период абсти­ненции подростки становятся вялыми, сонливыми, меняет­ся их внешний облик: наблюдаются бледность лица, резкое похудание, запавшие глаза.

Выявив факт потребления наркотического (наркоток­сического) вещества, старшие без промедления должны об­ратиться к специалисту-наркологу, а также в органы внут­ренних дел для выявления наркотической группы и источника наркотической информации и наркотических веществ. Нельзя утаивать от медицинских работников и сотрудников орга­нов охраны порядка факт употребления сыном или до­черью, братом или сестрою наркотических, наркотоксиче­ских веществ, несмотря на все клятвы и заверения с их сто­роны! Без излишнего шума, но обязательно следует отвести их к специалисту и принять меры в соответствии с его реко­мендациями. Сокрытие взрослыми факта употребления нар­котических, токсических веществ детьми — преступление против них и против общества, т. к. без помощи специалистов с этим злом никому еще справиться не удавалось. К сожале­нию, в этом замечены и родители, и учителя, и руководство школ.

В случае выявления наркотической группы необходимо добиться принятия соответствующих мер против всех ее чле­нов, начиная с лидера, противодействуя побуждению ко­го-либо из родителей увести «своего» от ответственности, т. к. это неизбежно поведет к продолжению употребления наркотического вещества и им, и его приятелями, а также, естественно, к продолжению наркотической заразы. Вот од­на из публикаций об этом.

«...Ожидая, пока освободится главный врач лечебно-трудо­вого профилактория, мы с коллегой вдруг услышали разговор на повышенных тонах из комнаты, где производился досмотр ве­щей пришедших на свидание с пациентами профилактория родственников. Выяснилось, что сотрудница милиции... произво­дившая досмотр, обнаружила в пышной прическе матери, при­шедшей на свидание с сыном, наркотическое вещество.

— Что же вы делаете! Мы вашего сына тут лечим, а вы, мать, сами ему эту отраву тащите!..»

Надо сказать, что родственники наркоманов далеко не всегда понимают гибельность их пристрастия. Им кажет­ся: раз уж «ему этого хочется», надо ему помочь! Они не осоз­нают, что от такой их «помощи» будет только хуже, потому что наркотик еще сильнее «запустит лапы» в его мозг, «лом­ки» станут еще более жестокими, а истощение организма — еще более тяжелым.

Напомним: самого по себе знания опасности наркоти­ческих веществ недостаточно для того, чтобы предотвра­тить начало их потребления. Необходимо научить подростка избегать ситуаций, в которых кто-либо мог бы оказывать на него наркотическое давление (см. выше). Он должен также уметь отстаивать свои антинаркотические взгляды, никогда не поддаваясь предложениям, которые в иных случаях сра­батывают в пользу поступка («никто не узнает», «только один раз» и т. д.). Старших не должно успокаивать и настра­ивать на благодушный лад то, что подросток высказывает правильное — «нетерпимое» — отношение к потреблению

наркотических веществ: в некоторых ситуациях этого мо­жет оказаться недостаточно, поэтому необходимо контро­лировать его поведение и в таком случае, поскольку, видя отрицательное отношение к наркотикам и их потреблению, вовлекающие могут попытаться соблазнить его простым, но хитрым способом: предложив испробовать на себе некое вещество, которое «не является наркотиком и поэтому без­вредно». Это особенно изощренная провокация. Важно помнить: опасно все то, что способно изменять настроение и самочувствие, любая «химия»! Ведь в истории борьбы с опийной наркоманией, как мы уже говорили, был период, когда ее пытались лечить назначением «безвредного» веще­ства — кокаина! — тоже из лучших побуждений.

То, о чем мы только что рассказали, — это оперативный антинаркотический контроль. Он должен дополнять пра­вильное антинаркотическое воспитание, которое способст­вует формированию внутренних антинаркотических барье­ров. Вот основания антинаркогенного (особенно антинар­котического) воспитания.

Родители осуществляют несколько воспитательных фун­кций, из которых в первую очередь следует назвать три: защита и моральная поддержка ребенка; контроль за его физи­ческим и душевным состоянием; установление отношений при­вязанности. Родной дом и родители должны быть главной ценностью растущего человека, в какие бы условия он ни по­падал, с кем бы ему ни приходилось общаться. Однако мно­гие дети даже при хорошо выраженной материальной заботе родителей оказываются психологически безнадзорными. Дело не только в том, чтобы удовлетворять желания подростка иметь модную одежду, «престижные» вещи, ездить за грани­цу. Все это не главное. Главное — характер взаимоотноше­ний родителей и детей. Важно, чтобы дети чувствовали по­стоянную их любовь и душевную поддержку, чтобы в труд­ную минуту обращались именно к ним, а не к кому-либо чу­жому.

Итак, первое правило воспитания: ребенку, подростку, юноше или девушке в родном доме должно быть комфортно все­гда, независимо от их возраста. Тогда у них не будет выражено известное всем стремление к взрослости, самостоятельно­сти, «крутизне». Известно, что наркоторговцы нередко под­лавливают подростков на их стремлении к независимости, попытках доказать окружающим, что они ничего не боятся, на их стремлении выглядеть взрослыми, поскорее отделать­ся оттого образа жизни (в своей семье!), который их тяготит.

Начинающий потреблять наркотические вещества инди­вид напоминает собой мотылька, стремящегося к огню. Продолжая это сравнение, добавим, однако, что огонь тем привлекательнее, чем темнее вокруг. При этом подростка могут подловить даже на вполне полезном занятии, здоро­вом увлечении. Вот пример из жизни.

Ребята 12—13 лет ходили вместе в парк заниматься бейсболом (дело было в Соединенных Штатах). С ними был и тот, кто про это рассказал. Однажды к ним подошел при­ятного вида мужчина и сказал: «Ребята, я тренер по бей­сболу и могу показать вам некоторые технические приемы». Они, разумеется, согласились. Так продолжалось несколько дней.

Однажды тренер вынул портсигар и спросил: «Кто хочет закурить вместе со мной?» Большинство отказалось, но неко­торые согласились: те, которые стремились выглядеть по­старше и «покруче». Так он угощал их бесплатно сигаретами, в которых, как потом оказалось, был наркотик. Сам он курил си­гареты из того же портсигара, но другие, без марихуаны. Одно­му из ребят он даже подарил целую пачку «особых» сигарет. Ес­тественно, никто из них не догадывался, что это сигареты с наркотиком. Но сама готовность закурить, приняв предложе­ние неизвестного человека, прямо толкнула некоторых к этому действию.

Этот человек наблюдал за подростками, как за подопыт­ными кроликами. И когда через две или три недели те, кто при­нял его предложение, при встрече с ним начали просить у него еще, он им неожиданно сказал: «Ребята, за это ведь надо пла­тить!» Так некоторые подростки — те, что хотели выглядеть старше своего возраста, пополнили ряды наркоманов, став жертвами торговца наркотиками. Сначала он давал им сигареты авансом — в расчете поймать на наркотический крючок, точно зная, что, пристрастившись, они начнут отда­вать ему все, что у них будет: и деньги, и вещи из родного дома. Так оно и произошло.

Вопрос: можем ли мы считать этих ребят жертвами нар­которговца? Конечно! Но мы вправе считать их еще и жерт­вами собственного стремления выглядеть взрослее и «кру­че», чем наркодилер умело воспользовался.

Второе правило воспитания — постоянная и своевременная реакция родителей на особенности поведения ребенка: одобре­ние или неодобрение. Ласковый или строгий голос в той или иной ситуации есть основа нравственного развития, по­скольку критерии нравственности формируются под воздей­ствием окружающих. Если этого не делать с раннего возрас­та, ребенок будет плохо различать значимость ситуаций. Ис­пытывая приятные эмоции при одобрении родителей и неп­риятие при их неодобрении, ребенок постепенно научится понимать «что такое хорошо, и что такое плохо».

Третье правило воспитания — однозначность и единство оценок окружающими тех или иных особенностей поведения ребенка. Он должен постепенно овладеть механизмом про­гноза: сделаю так — будет это, сделаю так — будет то. Этот прогноз лежит в основе саморегуляции поведения каждого человека, и к нему должен быть способен каждый, чтобы быть устойчивым ко всему случайному, чтобы нужное и важ­ное отличать от ненужного и неважного. Это же лежит и в основе воспитания ответственности: способности и стремле­ния предвидеть и учитывать последствия своих действий.

Четвертое правило воспитания — диалог. Если в период развития речи ребенка говорить с ним слишком много, не давая «высказаться» и ему, развитие ее затормаживается. К сожалению, воспитание нередко превращается в много­летний монолог, когда подросток не слышит ничего, кроме возмущенного голоса матери, которая не дает ему ни сказать что-либо в объяснение, ни даже вставить слово. К тому же взрослые нередко запрещают подростку принимать участие в разговоре с пришедшим человеком, сразу же одергивая по­дростка, даже если он говорит по существу и делает важное для обсуждаемой темы дополнение. «Замолчи, потому что ты младший!» — вот скрытая формула домашнего тоталитариз­ма.

Пятое правило воспитания — отношения доверительности. Вот простой прием: за провинность ребенка, подростка ни­когда не следует ругать, если он сам пришел и рассказал обо всем. И напротив, следует прибегать к критике, если он ни­чего не сказал, а родители узнали о его проступке из посто­ронних источников. Так постепенно у ребенка может выра­ботаться привычка рассказывать все родителям и совето­ваться с ними. Любое нарушение поведения ребенка, подрост­ка благодаря такому подходу может быть обращено на пользу воспитанию.

Проступки ребенка следует не столько критиковать, сколько совместно с ним анализировать, выявляя все «за» и «против», а главное — выяснять причины поступка, ведь по­рицания заслуживает лишь злой умысел, а не неудача в реа­лизации хорошего намерения. При этом подросток должен быть полностью уверен в том, что родители всегда ему помогут в затруднительном случае. И родители должны помнить, что первая их задача — помочь и лишь вторая — критиковать. Самое главное — разобраться по существу и предотвратить повторение подобных ситуаций совместно с подростком, наметив правильную линию его поведения. И никогда ника­кого крика! В связи с этим справедлива формула: настоящие родители — исповедники своего ребенка.

Шестое правило воспитания — формирование правильного отношения к запретам. С раннего возраста ребенок должен четко сознавать обоснованность запретов, их важность для его безопасности, учиться оценивать и соблюдать опреде­ленные рамки поведения. Но право на запрет возлагает на родителей и большую ответственность. К сожалению, путем необоснованных запретов взрослые нередко теряют у подрост­ков авторитет. Дело в том, что когда запретов слишком много и они не вытекают из существа дела, все равно те или иные из них приходится нарушать. А это формирует с детства опыт нарушения запретов и предписаний, а следовательно, делает поведение индивида более рискованным. А что такое «рис­кованное поведение»? Это такое поведение, когда человек сам себя ставит в опасное положение, делая себя вероятной жерт­вой какого-либо зла.

Седьмое правило воспитания: ребенку с детства надо внушать, что родители всегда готовы понять и простить его, но в жизни бывают такие ситуации, когда они ничем не смогут ему помочь. К числу таких опасностей относится проба наркотического вещества, которое навсегда «забирает» себе душу человека.

Родители с детства должны воспитывать у ребенка пони­мание, что в жизни есть такие вещи, такие опасности, которых следует избегать во что бы то ни стало, поскольку прощения не будет. Действительно, «подхватил» он смертельную ВИЧ-инфекцию или стал наркоманом. У кого просить прощения и чье прощение может помочь? Стать наркоманом — значит как бы продать душу дьяволу. А дьявол, как из­вестно, никогда никому ничего назад не отдает. Поэтому необходимо постоянно внушать ребенку, подростку, что своим поведением он может сам завести себя в такую ситуацию, когда от родителей, как и от него самого, почти ничего уже не будет зависеть. И выхода из положения может не оказаться.

Воспитание — трудное и сложное дело. К сожалению, не все, а точнее, далеко не все родители оказываются здесь на высоте. Быть может, наша рекомендация окажется недоступной многим, но все же рекомендуем: сохраняйте в себе детство, не забывайте, какими вы были сами, сопоставьте это с тем, что с вами происходило впоследствии.

Существует немало типичных ошибок и неверных установок в сфере воспитания. Одна из них — директивный стиль, т.е. требование абсолютного послушания. Родители нередко требуют послушания независимо от существа дела только потому, что они старшие и считают возраст критерием своей правоты. Вот подросток и стремится к взрослости — не пото­му, что она его привлекает сама по себе, а потому, что он стремится избавиться от директивного подавления. Такое поведение родителей лишает его способности анализировать дело по существу, разбираться в жизненных ситуациях и принимать сообразные им решения, а также обижает его и унижает. Поэтому у многих подростков неосознанно формируется отчуждение от родителей, действия которых кажутся им несправедливыми. Только оценка своего поведения в дет­ские годы в сопоставлении с последующим жизненным опытом может сделать человека настоящим воспитателем. Если роди­тели будут помнить, какими они были в детстве, отпадут и дурные их монологи в отношениях с детьми, и необоснован­ные запреты. К сожалению, стремление некоторых взрослых вычеркнуть из памяти воспоминания своего собственного детства может быть связано с тем, что их детство отравляли, в свою очередь, их родители. И все тем же, описанным выше способом. Такая «преемственность поколений» никому не нужна!

Вопрос: что означает слово «просвещение»? Ответ: это совместные действия родителей и школы по формированию и укреплению «света» в душе ребенка, а не только получению формальных знаний. Именно это и должно быть подлинным итогом этого длительного периода жизни — от рождения до 17—18 лет (детство, отрочество, юность). Единство тела и души, душевное и физическое здоровье, нравственное отно­шение к себе и окружающим. Иначе что же это за зрелость, достижение которой определяется только вручением доку­мента — «аттестата зрелости»? Неужели признаком зрелости и основанием для получения аттестата может явиться лишь знание, к примеру, химии, математики или астрономии? А кто задумывается о душевной зрелости выпускника? Об этом должны помнить все мы — граждане страны.

5. Антинаркотическая деятельность учителя. Основные понятия антинаркотической педагогики

Каких качеств общество вправе ожидать от учителя и ка­кие требования предъявлять к нему в плане предупреждения наркомании? Прежде всего, это понимание им наркомании как тяжелого психического заболевания, которое легко стано­вится массовым вследствие его «заразности». В отличие от обычных инфекций фактором заражения здесь является не болезнетворный микроб, а информация о достоинствах того или иного химического вещества, способного вызывать ком­фортное психическое состояние. Эта информация способст­вует формированию мотивов потребления веществ с такими свойствами, а затем и побуждения принять какое-либо из них. Уже сама по себе готовность индивида испытать на себе действие некоего вещества означает, что он потенциально болен и наркомании осталось лишь реализоваться практи­кой постоянного одурманивания.

Второй базисный фактор отношения учителя к наркома­нии — понимание им того факта, что наркомания — явление преимущественно молодежное. Начало потребления нарко­тических веществ приходится на подростковый, а иногда даже на младший школьный возраст. Следовательно, приоб­щение к наркомании происходит в тот самый период жизни, когда ребенок находится в пределах компетенции учителя и ро­дителей. И поэтому проблема предупреждения наркома­нии — это, прежде всего, их проблема. Другие участники ан­тинаркотической деятельности — медики и работники пра­воохранительных органов — реально способны принять уча­стие в ее решении только на последующих (вслед за приоб­щением к наркотикам) этапах наркомании, поскольку они занимаются последствиями приобщения. При этом медики занимаются лечением, а работники правоохранительных ор­ганов — пресечением незаконного оборота наркотиков и связанными с их потреблением правонарушениями.

По существу, воздействие на наркоманию как обще­ственное явление наиболее экономичным для общества и наиболее эффективным может быть именно через учителя и родителей. Но возложение на учителя обязанностей антинар­котической деятельности должно быть не еще одной, дополни­тельной ко множеству других, нагрузкой, а функцией, для осу­ществления которой государство создает ему благоприятные условия. Без повышения общественного и материального положения учителя трудно требовать от него эффективного противодействия наркотизму, хотя, кроме него, эту задачу в обществе не сможет решить никто. Так что если в обществе действительно есть политическая воля к преодолению нарко­мании, начинать надо с повышения статуса учителя, поднятия уровня его компетенции в вопросах наркотизма и организации его антинаркотической деятельности. Многие учителя и руко­водители школ в настоящее время наркомании как бы «не замечают», и лишь какое-либо из ряда вон выходящее собы­тие в школе заставляет их хоть обратить внимание на эту проблему. То это случай самоубийства кого-либо из учащих­ся, то выяснение факта, что учащиеся давно уже устраивают «наркотические вечеринки», то случаи, когда учащиеся раз­ных классов угощают друг друга какими-то одурманиваю­щими пилюлями. Иногда буквально целые классы «коллек­тивно» становятся на путь одурманивания. И все это — вне поля внимания учителей.

В-третьих, учитель должен обладать антинаркотической настороженностью, т. е. он должен уметь оценивать те или иные моменты поведения учащегося с точки зрения возмож­ного приобщения к наркотикам. Он должен четко улавли­вать любые признаки необычности в выражении лица, пове­дении, настроении, манерах учащихся, темах случайно услышанных разговоров, во внешнем виде. Это может быть и чрезмерная оживленность (время от времени), и периоды пониженного настроения, пассивности, отключенности от происходящего на уроке. Сюда же относится и способность обратить внимание на изменения характера направленности интересов и круга общения подростков. Настораживать дол­жны и факты, когда к кому-либо из учащихся в школу начи­нают приходить посторонние люди. Каждый из таких мо­ментов требует пояснения. Антинаркотическая насторожен­ность учащихся и текущий антинаркотический контроль со стороны учителя должны подкрепляться антинаркотической ответственностью — небезразличием. Все отмеченное следу­ет уметь своевременно распознать не только у учащихся своего класса, но у любого из учеников школы в различных ситуациях.

Важно обращать внимание на изменения, которые, возможно, происходят в классе после прихода в него нового ученика. Если что-то изменилось, следует обязательно выяснить: что именно? Иногда он может оказаться наркотическим лидером класса и начать вовлечение в потребление наркотиков многих из числа своих одноклассников. Таких случаев немало. Заслуживает внимания и появление в классе каких-либо новых группировок, когда учащиеся на переменах с какого-то периода начали держаться группой в стороне от прочих и постоянно что-то обсуждать.

Необходимо четко знать, что до недавнего времени школьные туалеты были «дикой территорией». Там малышей издавна приобщали к курению, а теперь — вполне возможно — приобщают к наркотикам. Школьные туалеты давно уже превратились из места, куда заходят на короткое время в связи с физиологической потребностью, в «клубы по интересам», с направленностью, вредной для педагогического процесса. Так что следить необходимо не только за их санитарным состоянием.

Наркомания отличается от других заболеваний тем, что при ней нет процессов, которые вели бы к выздоровлению. Напротив, в ходе ее все более закрепляются механизмы, способствующие ее дальнейшему развитию. Формирование этого заболевания происходит буквально у всех на глазах и по существу имеет общественный характер не только в силу его социальной значимости и опасности, но и потому, что наркотическое заражение происходит почти всегда в процессе общения. По сути дела, наркомания весьма успешно эксплуатирует эту сторону человеческой деятельности, подчиняя ее своей природе.

Зная начальные признаки приобщения к наркомании, их можно выявить, наблюдая за поведением того или иного человека в различных ситуациях. К их числу относятся:

● оживление при упоминании о наркогенных (наркотических) веществах;

● одобрительные рассказы о наркогенных веществах и потребляющих их людях;

● демонстрация своей информированности о «преиму­ществах» одного из них над другими;

● утверждения о «модности» и «современности» потреб­ления того или иного вещества с целью изменения настрое­ния;

● некие жаргонные выражения (см. ниже).

Необходимо единство позиций всего педагогического кол­лектива в отношении любых проявлений наркотизма, и в пер­вую очередь наркомании, и тем более если речь идет об упо­треблении веществ этого плана учащимися данной школы. Здесь велика роль руководства школы, которое должно фор­мировать у всех учителей твердые антинаркотические уста­новки, антинаркотическую бдительность, антинаркотическую ответственность. По существу, все это профессиональные требования к учителю и его профессиональный долг.

При общении с учащимися необходимо оценивать сте­пень их информированности в отношении губительности потребления наркогенных веществ, правильности понима­ния ими наркомании как тяжелого психического заболева­ния, которое способно распространяться подобно инфек­ции. Необходимо оценивать также, не подвергаются ли уча­щиеся давлению с чьей-либо стороны в пользу потребления наркогенных веществ. Необходимо обращать особое внима­ние на возможных наркогенных лидеров класса, вести с ними отдельную работу. Следует также находить учащихся с твер­дыми антинаркогенными настроениями и взглядами и всячески поддерживать их авторитет.

Учитель должен быть готов к анализу любого факта, лю­бой ситуации, которую могут вынести на рассмотрение сами учащиеся. Ведь обсуждение между ними той или иной нар­котической или антинаркотической информации нередко сопровождается спорами и выяснением различных, даже мелких, деталей вопроса. Учитель должен быть способен к педагогически верному разъяснению любого вопроса из этого круга. Антинаркотическая информация может быть дана учащимся во время занятий со всем классом в специально отведенное время или же в личной беседе. Это может быть краткая информация на уроке в связи с обсуждением како­го-либо другого вопроса. Это может быть доверительная бе­седа с 1—2 учениками, рассчитанная только на них или же, напротив, на то, что они передадут ее содержание другим, поделятся полученной информацией с товарищами.

Полезно предлагать учащимся для анализа проблемные ситуации, акцентируя в них неуклонную последовательность событий, ведущих от первой пробы наркотического вещест­ва к полному наркотическому рабству. И при этом очень важно постоянно помнить и сознавать: самого по себе знания опасности наркотических веществ недостаточно для того, что­бы предотвратить начало их потребления, и поэтому необхо­димо учить учащихся не проявлять уступчивости в ситуаци­ях, когда на них оказывается наркогенное давление. Уча­щийся должен уметь реализовать и отстаивать свои антинар­котические взгляды в любых условиях, никогда не поддаваясь предложениям, которые в иных случаях срабатывают в поль­зу поступка: «никто не узнает», «только один раз» и т. д. С наркоманией это не проходит, поскольку фактором, по­буждающим к приему новых доз наркотика, становятся из­менения в головном мозге человека, произошедшие под вли­янием первой пробы. И уже не кто-либо из посторонних, а собственная психика побуждает повторять прием того или иного вещества. В этом и сущность, и опасность, и необыч­ный — в сравнении с любыми иными заболеваниями — ха­рактер наркотической зависимости.

Для того чтобы сказанное выше лучше зафиксировалось в памяти тех, кто заинтересован в преодолении химического наркотизма, представляем основные понятия, важные для полного уяснения существа этой проблемы.

Наркогенные вещества — вещества (алкоголь, никотин, наркотики, токсические вещества), способные оказывать на психику человека одурманивающее (опьяняющее) воздействие, которое многим приятно. Стремясь к этому состоянию, индивид начинает систематически и все более вынужденно принимать эти вещества.

Наркотические вещества — вещества из группы наркоген­ных, которые в связи с их особой опасностью внесены в спе­циальный список запрещенных к потреблению без меди­цинских показаний (кокаин, героин, первитин и др.). Их ис­пользование вне медицинских целей и распространение на­зывается незаконным оборотом наркотиков и преследуется по закону.

Токсические (вариант — токсикоманические) вещества — вещества из группы наркогенных, менее опасные, чем нар­котики, но более опасные, чем традиционно потребляемые алкоголь и никотин. Их невозможно запретить, поскольку к их числу относятся средства бытовой химии (органические растворители), бензин и т. д. К их числу относят также неко­торые лекарства, которые становятся токсикоманическими средствами при употреблении их с целью одурманивания. Потребление «токсических» веществ по закону не преследу­ется, но время от времени то или иное вещество из этой груп­пы переводится в группу наркотиков со всеми правовыми последствиями этого.

Наркомания — особое психическое заболевание, при ко­тором страдают не столько сознание и мышление человека, как при других психических заболеваниях, сколько сфера потребностей. Под влиянием приема того или иного нарко­тического вещества формируется потребность в повторных его приемах с целью по возможности постоянно находиться в состоянии вызываемого им дурмана (опьянения). Если это вещество — алкоголь, заболевание называется алкоголизмом. Если это вещество — никотин, заболевание называется ни­котиноманией. Если это какое-либо иное наркогенное веще­ство, заболевание называется соответственно наркоманией или токсикоманией. К примеру, потребление кокаина с целью одурманивания — это наркомания, а вдыхание паров бензина с той же целью — токсикомания.

Наркотическое (вариант — токсическое) опьянение — состояние, в котором находится индивид, принявший то или иное наркогенное вещество. В зависимости от вида вещества состояние это проявляется по-разному, поскольку одни наркогенные вещества оказывают на психику бодрящее (стимулирующее) воздействие, другие — успокаивающее (расслабляющее); есть среди них и вещества, способные вызывать галлюцинации. При этом слово «опьянение» используется как наиболее понятное всем. В медицинской наркологии используется также термин «интоксикация». К примеру, «наркотическая интоксикация», «токсикоманическая интоксикация» — состояние, в котором находится человек в период действия того или иного наркогенного вещества.

Наркогенный фон — особое психологическое состояние общества, способствующее распространению наркотизма. Его компоненты: широкое использование средств химии в медицине и быту; установка граждан на самостоятельный прием тех или иных лекарственных средств (самолечение); традиции и обычаи потребления наркогенных веществ (алкоголь, никотин) и значительное число лиц, их потребляющих, в местах произрастания наркотикосодержащих растений; информация в пользу потребления (скрытая реклама) наркогенных веществ в средствах массовой информации. Все вместе это формирует снисходительное, терпимое отношение граждан к потреблению наркогенных веществ и их потребителям, мнение о «естественности» этого явления и, следовательно, потенциальную готовность многих, особенно среди молодежи, испытать их действие на себе. К примеру, сведения о всевозрастающем числе потребляющих наркогенные вещества в стране и мире может вызывать мысль: «Раз их так много, значит, в этом что-то есть».

Наркогенная информация (вариант — наркогенная зараза) — информация о тех или иных веществах из группы наркогенных, о вызываемом ими эффекте и способах применения, которая побуждает у индивида желание испытать на себе действие того или иного из этих веществ.

Наркогенное (вариант — наркотическое) давление среды — все то в окружающем человека мире, что заставляет его на­чать потребление того или иного наркогенного вещества. Это личный пример потребляющих; наркогенная информа­ция — рассказы о приятности и утверждения о безвредности того или иного вещества и эффективности того или иного способа его применения, а также утверждения о «престиж­ности» потребления; прямое принуждение к началу потреб­ления (угрозы) — обычно в компании; бесплатное предложе­ние вещества для первых проб.

Наркогенное (вариант — наркотическое) заражение — усвоение индивидом информации в пользу начала потребле­ния того или иного наркогенного (наркотического) вещест­ва и поведение в соответствии с этим. «Зараженность» инди­вида характеризуется фактом первой пробы им данного ве­щества. Использование медицинского термина «заражение» оправдано тем, что нар ко генная информация является та­ким же болезнетворным фактором, как и попадание в орга­низм болезнетворного микроба. Различия же в дальнейшем течении заболевания связаны с различиями в характере воз­действия на организм и психику наркогенных веществ и бо­лезнетворных микробов.

Наркогенная ситуация — момент (моменты) общения, в который человек подвергается усиленному давлению в поль­зу пробы наркогенного (наркотического) вещества. Это си­туация, в которой предлагают или заставляют закурить, вы­пить спиртное, ввести себе наркотик.

Наркотический соблазн — переживание индивидом фак­торов наркогенного давления: возникающие под их влияни­ем желание и стремление испробовать наркотическое веще­ство; конкретное намерение сделать это; предвкушение эф­фекта.

Эпидемиология наркотизма — характеристики системы, структура распространения наркогенной (наркотической) заразы. Это источник заразы (наличие наркотика и деятель­ность наркомафии); пути распространения (незаконный оборот наркотиков и наркогенное давление среды); восприимчивый контингент (все те, кто не обладает устойчивыми анти-наркотическими барьерами).

Наркомафия — все те, кто наживается на незаконном обороте наркотиков: изготовители, распространители, сбытчики. Серьезные дельцы наркомафии прекрасно отдают себе отчет в губительности наркотиков и сами их не употребляют. Среди мелких торговцев, напротив, немало наркоманов, которые, стремясь заработать на очередную дозу наркотика, становятся подручными более крупных дельцов.

Наркотическая идеология — система псевдонаучных утверждений о допустимости наркогенных веществ и псевдонравственное осуждение запретов и ограничений на их оборот. Представляет собой эксплуатацию принципа «права человека» в интересах наркомафии.

Наркогенная преемственность поколений — передача старшим поколением следующему поколению опыта потребления наркогенных веществ (наркогенной информации, наркогенных технологий, наркогенной идеологии) в форме, соответствующей как этапу развития цивилизации, так и этапу раз­вития наркотизма.

Наркотическое рабство — полная подчиненность помыслов и действий человека стремлению достать и принять очередную дозу наркотика с целью ввести себя в состояние дурмана  (опьянения) и по возможности постоянно в этом состоянии находиться.

Антинаркотические барьеры — преграды (препятствия) на пути начала и продолжения поцесса наркотизации. Они бывают двух типов: внешние (общественные) и внутренние (личностные). Внешние антинаркотические барьеры — понимание человеком незаконности оборота наркотиков и опасение санкций в случае участия в этом обороте (в форме потребления, изготовления или распространения). Внутренние антинаркотические барьеры — твердое понимание сущности наркотизма и гибельности потребления наркогенных веществ в сочетании с умением противостоять наркогенному давлению среды. Это недоверие к утверждениям о приятно­сти и безвредности наркотиков; способность противостоять предложениям или принуждению испробовать тот или иной из их числа или вообще неизвестное вещество; стремление избегать общения с потребителями наркотических веществ; способность достигать душевного равновесия способами, со­вместимыми со здоровым образом жизни, без помощи ка­кой-либо «химии».

Антинаркогенное (вариант — антинаркотическое) воспита­ние — систематическое воздействие родителей и учителей на эмоции, волю, нравственность ребенка (подростка) с целью формирования у него устойчивых антинаркотических барье­ров, воспитание его в духе здорового образа жизни.

Антинаркотическая пропаганда — совокупность материа­лов антинаркотического характера и способов их трансля­ции массовому читателю, слушателю, зрителю в интересах преодоления наркотизма как общественного явления.

Потребители наркотиков достигают взаимопонимания еще и потому, что у них складывается собственная семанти­ка наркогенного общения — специфические выражения, смысл которых понятен только или почти только им и неред­ко непонятен окружающим. Поэтому мы представим неко­торые понятия из этого круга, чтобы родители или учителя могли проявить бдительность, услышав их. Из самих этих понятий ясно, насколько нелегка жизнь наркоманов.

Балдеж — сильное опьянение с оглушенностью, нередко достигается сочетанным действием алкоголя с транквилиза­торами.

Барыга — торговец наркотиками.

Баш — стандартная доза гашиша (коммерческая упаков­ка, обычно около 1 г).

Баян — человек, умеющий готовить какой-либо наркотик для употребления в домашних условиях (вариант— шприц).

Бомбить холодильник — поедать все съестное в нем при сильном ощущении голода, типично возникающем при окончании гашишного опьянения.

Вмазка — вкалывание (введение) наркотика, вмазаться — ввести себе наркотик.

Глюки — галлюцинации, вызываемые некоторыми токсическими (наркотоксическими) веществами (например, органическими растворителями); «поймать глюки» — выз­вать их у себя с помощью этих веществ.

Гонец — член группы наркоманов, занимающийся трансп­ортом наркотиков.

Держать на поводке — удерживать члена группы наркоманов в рабской зависимости в связи с его задолженностью (за полученный ранее наркотик) или отсутствием у него денег для приобретения новой дозы наркотика.

Дурь — гашиш; иногда так называют и другие наркотические вещества.

Кайф — вызываемое наркотиком блаженное состояние, эйфория.

Кокнар — отвар молодых головок мака, который концентрируют выпариванием, и полученный препарат вводят внутривенно (вариант — кукнар).

Колеса — любые лекарственные препараты в виде таблеток, используемые токсикоманами.

Косяк — сигарета с гашишем; «забить косяк» — выкурить такую сигарету.

Кокс — кокаин.

Кролик — наиболее зависимый член группы наркоманов, которого за долги используют для испытания действия самодельных наркотических препаратов, прежде чем принять их остальным.

Кумар то же, что «ломка», т. е. абстиненция.

Ломка — абстиненция, т. е. совокупность болезненных ощущений и психофизиологических расстройств у наркомана или токсикомана, вовремя не принявшего очередную дозу.

Машина — шприц.

Мультики — галлюцинации, напоминающие мультипли­кационные фильмы; возникают под влиянием токсических (наркотоксических) веществ.

Отврат — необычно тяжелая реакция на привычную дозу наркотика в виде дурноты, рвоты, обморока. Она обычно связана с использованием «некачественного» препарата.

Отруб — опьянение с последующей полной амнезией (беспамятством).

Отъезжать — приходить в состояние наркотического опь­янения.

Париться — вдыхать пары вызывающих опьянение ве­ществ (обычно органических растворителей).

План — гашиш.

Приход — ощущение начала желаемого действия нарко­тика.

Сесть на иглу — пристраститься к внутривенным введени­ям наркотика.

Сесть на хвост — привязаться к другому наркоману для того, чтобы тот бесплатно делился наркотиком.

Слезть — отказаться от наркотиков (то же самое, что «за­вязать» в других криминальных делах).

Сломать кайф — надоедать и приставать к наркоману в момент наркотического опьянения, мешая в полной мере ощутить желаемое действие (эйфорию). Происходит в слу­чае использования наркотиков из группы стимуляторов (первитин и другие амфетамины).

Стекло — ампулированные препараты наркотиков.

Торчать — испытывать эйфорию, «кайф».

Учитель — опытный наркоман, обучающий новичков приготовлению и использованию самодельных препаратов наркотика.

Фуфел — синяк вокруг вены, возникающий при неточ­ном введении иглы.

Хата — квартира или помещение для совместного упо­требления наркотиков и других веществ подобного рода, а также для сексуальных контактов в состоянии наркотичекого опьянения (в случае использования наркотиков из группы стимуляторов — кокаина, первитина).

Чухаться — чесаться вследствие сильного кожного зуда, возникающего после внутривенного введения самодельных препаратов опия.

Ширево — самодельные наркогенные вещества, вводимые внутривенно (ширяться — вводить себе препараты подобного рода).

Шмыгаться — вводить себе что-либо внутривенно.

Шустрила — член группы наркоманов, наиболее актив­ный при добыче наркотиков.

В заключение предлагаем пять тезисов, которые выражают главное содержание антинаркотической педагогики и которые должны быть усвоены учащимися как можно раньшe. Любому из них нечего противопоставить сторонникам наркотизма, поскольку каждый верно отражает сущность вопроса и объективное положение дел. Вместе с тем каждый из тезисов может стать темой обсуждения с учащимися, может быть развит на занятиях с учетом уровня эрудиции учителя в вопросах наркотизма и наркомании как самого опасного его проявления, а также уровня развития учащихся.

● Шаг в пропасть. Опасно это или нет? Сначала ты летишь, потом разбиваешься. Первая проба наркотика — начало такого полета. И конец будет катастрофическим.

● На продаже наркотиков зарабатывают очень много. Почему же иногда их дают бесплатно ? Расчет на то, что пойманный на наркотический крючок будет платить всю оставшуюся жизнь. Рыбе тоже червяка дают бесплатно, но насадив его на крючок. Кстати, а почему крупные торговцы «дурью» сами ее не потребляют?

● Избавиться от наркомании невозможно, просто попросив у нee прощения, как у родителей, за плохой поступок. Наркома­ния не прощает ничего никогда и никому! Каждый наркоман в этом уже убедился.

● Начавший потреблять «дурь» становится ее рабом. Не верьте такому человеку: правдивым может быть только свободный, не раб. Здесь и друг может оказаться врагом!

● Избегайте общества потребляющих наркотики: нарко­тическая зараза распространяется незаметно!

Известно, что человек всегда завидовал птицам — их уме­нию летать. И всегда стремился научиться этому. Результа­том явились авиация, полеты в космос и т. д. Говорят, что и с парашютом лететь очень приятно. Но приятно потому, что полет не омрачается мыслью, что вскоре ударишься о землю и разобьешься. Полетом вообще следует считать лишь то, что может повторяться без опасности. А если в конце полета — гибель, то это уже не полет, а падение. Начавшему потреблять наркотик кажется, что он летит. Но это тоже падение. И он обязательно ударится. Обо что? О первую «ломку», ког­да вслед за окончанием периода «полета» (эйфории) настает это беспощадное в своей мучительности состояние, привык­нуть к которому невозможно: сколько бы раз наркоман ни испытывал его, оно остается невыносимым.

Следует помнить, что многие очень плохие вещи начина­ются «хорошо». По существу, каждое зло имеет свою приман­ку. Если бы рыбе давали пустой крючок, попалась бы она на него или нет? Каждый скажет, что так рыбы не поймать — необходима наживка. Наживкой для поимки рыбы служит червяк. Наживкой для наркомании служат описания прият­ности действия наркотика и эффект первых проб.

Вопрос: почему торговцы «дурью» сами ее не потребля­ют? Ответ может быть таким: а рыбак разве ест червей, на ко­торых он ловит рыбу? Но рыбу-то они привлекают! Вот и торговец наркотиками привлекает свою «добычу» рассказа­ми о приятности их эффекта и предложениями попробовать их бесплатно. Рыбе тоже червяка предлагают бесплатно. Но разве о пойманной рыбе можно сказать, что она за червя­ка ничем не заплатила?

Можно интерпретировать и иллюстрировать любой из тезисов для любого уровня понимания — от начальной школы до старших классов. Педагогическая их эффективность в том, что они воссоздают образ опасной ситуации, действуя на воображение и эмоции учащихся.

6. Излечима ли наркомания?

Есть два полностью противоположных ответа на этот вопpoc. Первый: «Наркомания неизлечима». Второй (рекламный): «Излечиваем наркоманию за 24 часа!» Какой из них ближе к истине? Оба далеки. Нельзя считать наркоманию абсолютно неизлечимым заболеванием, но и наивно надеяться, что ее можно излечить быстро. Так что первый ответ ошибочен, а второй ложен. Что же на самом деле?

Лечиться наркомана заставляют или окружающие, или чрезмерно плохое самочувствие. При этом лечение больных, наркомания у которых развилась в результате вынужденного применения наркотического вещества (с медицинскими целями — при тяжелой травме или заболевании, сопровождающемся интенсивными болями), существенно легче, чем тех, кто начал принимать наркотическое вещество при отсутствии в этом объективной (медицинской) необходимости. Дело в том, что у вынужденных потребителей наркотиков нередко бывает достаточно хорошо выражена установка на лечение — основной залог успеха, т. к. такое стремление препятствует рецидивам наркомании. Кроме того, лечение наркомании тем легче и успешнее, чем раньше оно начато.

При отсутствии выраженной установки на лечение возобновление употребления наркотического вещества возникает сразу же, как только наркотик становится вновь доступным наркоману. Но и при наличии такой установки индивиду следует постоянно быть бдительным, т. к. прежняя потребность, неожиданно пробудившись в той или иной форме, может застать его врасплох. Напомним еще раз фразу: «Наркотик умеет ждать». Этому (рецидиву наркомании) способствуют разного рода конфликты и переживания отрицательного, но порою даже и положительного характера, и любое волнение ста­новится для такого человека опасным.

Характерно, что не угасшая полностью, несмотря на ле­чение, потребность в наркотическом веществе может проя­вить себя весьма коварно, в виде периодически возникающих мыслей о том, чтобы попробовать наркотик «еще хоть один раз», чтобы «испытать свои силы», проверить, действует он по-прежнему или как-то иначе. Но стоит это сделать, как прежняя страсть вспыхивает почти взрывоподобно — с неу­держимой силой, еще большей, чем прежде. И биологиче­ская причина этого пока неясна. Здесь полная аналогия со­стояния наркомана с состоянием алкоголика, лечившегося от алкоголизма и длительное время воздерживавшегося от его употребления, но который принял как бы случайно и не смог удержаться. Да и сама мысль попробовать спиртное не может расцениваться иначе, как проявление затаившихся прежних болезненных доминанты и установки. Разум, под­чиненный злу, становится проводником рецидива.

А действительно ли рекламодатели «лечат за 24 часа»? Ко­нечно, излечить наркоманию за такой срок никогда никому не удавалось: это невозможно в принципе. Речь идет только о снятии наркотической «ломки». При всем том, что это состоя­ние весьма мучительно, его действительно можно устранить относительно быстро, современными способами иногда даже за сутки. Так что если бы целью лечения наркомании было только устранение ломки, можно было бы утверждать, что ее можно «вылечить быстро». Но дело совсем в ином. Трудность лечения наркомании заключается в прочности психической зависимости больного от наркотика, в резуль­тате чего даже на фоне вполне приличного самочувствия, до­стигнутого в ходе лечения, и после значительного перерыва в приеме наркотического вещества он не может удержаться от соблазна вновь принять его. Хотя, разумеется, эффективных способов устранения психической зависимости человека от наркотика (т. е. искоренения самой болезненной потребно­сти) пока еще не найдено, т. к. ее основание — структурная фиксация наркогенного вещества в нейронах головного мозга, а ведь известно, что они не способны к обновлению (регенерации) в той мере, в которой к этому способны многие другие клетки организма. Эта выработавшаяся в ходе эволю­ции особенность важна в плане сохранения в центральной нервной системе усвоенной ранее информации — носителя жизненного опыта. Но в плане трудности борьбы с наркоманией она является негативной закономерностью.

Именно психическая зависимость побуждает человека к приему наркотического вещества, даже если он хорошо осознал страшный его вред и всеми силами стремится изба­виться от наркотического рабства. Это создает непереносимый внутриличностный конфликт, исходом которого иногда является «золотой укол», о котором мы уже говорили. От «золотого укола» следует отличать смерть наркомана вследствие обычной передозировки. Причин ее две. Во-первых, эйфорический эффект наркотика постепенно снижается, несмотря на возрастание доз. Тем не менее наркоман стремится любой ценой «поймать» прежний «кайф», и его организм уже не выдерживает. Во-вторых, распространяе­мые наркодилерами препараты наркотика всегда имеют различный процент «основного» вещества: в препарат обычно добавляют балласт, чтобы общий вес был выше, а следовательно, выше была и прибыль. Наркоман же об этом не информирован и поэтому точно никогда не знает, какую именно дозу наркотика он принимает. Иногда такой «передоз» оказывается смертельным. Причем, и это ирония оборота наркотиков, «передоз» случается именно в тех случаях, когда, покупая наркотик у одного продавца, который разбавляет его с определенным процентом, потребитель купит его у другого, более «честного», который разбавляет препарат меньше. Та­им образом, наркомания приближает смерть разными способами: «передозом», «золотым уколом», гибелью истощенного организма от какой-либо болезни, в том числе и СПИДа, поскольку в последние годы это инфекционное заболевание активно распространяется в среде (в компаниях) наркоманов, пользующихся общим шприцем.

Что же необходимо индивиду, чтобы по-настоящему изле­читься от наркомании? Во-первых, горячее желание этого. А оно возможно только в случае, если в психике индивида по­мимо его болезненной потребности в наркотике и осознавае­мых им осложнений этого есть и альтернативные стремления, желания, побуждения, существующие всегда только на основа­нии альтернативных доминанты и установки. В этом случае воля имеет возможность выбора: если она начинает подкреп­лять именно установку на лечение, этот процесс высвобожде­ния от болезненной зависимости от наркотика может быть успешным. При этом важно, чтобы утверждения индивида о желании вылечиться были выражением подлинного стремле­ния к выздоровлению, а не повторением чужих слов по прин­ципу «хотелось бы», «надо бы», но без реальных усилий для этого.

Во-вторых, индивид, стремящийся излечиться от нарко­мании, должен обладать способностью переносить длитель­ное интенсивное психическое напряжение, которое создает не-удовлетворяемая и еще не угасшая потребность его «зон не­безразличия» в наркотике. Многие искренне желающие из­лечиться именно этого психического напряжения не выдер­живают и «срываются».

В-третьих, индивид, прекративший потребление наркоти­ков и надеющийся впредь обходиться без них, должен обяза­тельно научиться анализировать состояние своей психики и во­время распознавать различного рода провокации и уловки, ко­торыми проявляет себя все еще не угасшая его болезненная по­требность. Надо сказать, что окончательно она так и не угаса­ет. Последствия ожога, скажем, на руке, мы видим всю остав­шуюся жизнь, а здесь «ожог» химический, и к тому же это «ожог» нервных клеток, в сравнении с которыми кожа — до­вольно грубая ткань. Проявляет себя эта потребность или мыслями того самого типа, о которых мы уже говорили, или же возникающим всего на несколько мгновений, но очень интенсивным желанием вновь принять наркотик. И это — даже спустя годы воздержания. Не случайно члены общества Анонимных Алкоголиков или Анонимных Наркоманов счита­ет себя не полностью вылечившимися, т. е. здоровыми, а лишь «непьющими алкоголиками» и «непотребляющими наркоманами». Для чего это нужно? Дело в том, что мысль: Я — алкоголик» или «Я — наркоман» — не только поддерживает доминанту воздержания и повышает бдительность индивида, напоминая ему о все еще довлеющей над ним опасности рецидива. В качестве сторожевой мысли эта самооценка как раз и противостоит «провокациям» затаившейся болезненной потребности, латентной абстиненции. Пока индивид считает себя непотребляющим больным, в ответ на такую провокацию сразу же возникает самоутверждение: «Мне нельзя!» Если же он ощутит и посчитает себя полностью здоровым, болезненному желанию в его психике противостоять будет нечемy, ведь именно больной нуждается в ограничениях своего поведения, которые для здорового «не обязательны».

Не следует однозначно утверждать, что наркомания неизлечима, равно как и то, что ее излечение возможно и доступно для каждого. Утверждение о неизлечимости наркомании мож­ет негативно сказываться на психическом состоянии и волевых усилиях тех, кто настроен порвать с болезненной зависимостью, равно как и утверждение о полной доступности излечения может настроить на беспечный лад тех, кто только еще интересуется наркотиками, но не втянулся в их систематическое потребление. Полезно помнить, что за большие деньги возможно устранить многие внешние опасности и угрозы, но ни за какие деньги невозможно устранить зло, которое сидит внутри себя самого.


Другие интересные материалы:
Материалы Первого научно-образовательного форума Евразийской профессиональной ассоциации аддиктивной медицины (1-3.11.13)
Весьма содержательное мероприятие оказалось. В ближайшее время выложим...

  СОДЕРЖАНИЕ   1. Венская декларация 2. Декларация...
Фармакотерапия в наркологии
Рекомендации, представленные в настоящей работе, основаны и на данных...

Зависимость — хроническое рецидивирующее расстройство, связанное с...
Психические и поведенческие расстройства вследствие употребления психоактивных веществ
В статье представлены современные взгляды на предмет. Важно, что в качестве...

В статье представлены современные взгляды на предмет. Важно, что в...
Быть в движении и оттачивать ум
«Эти результаты заставляют предположить, что упражнения, полезные для...

    Тренируя тело - тренируем мозг Кэвину Буковски 47...
Уровень и модели употребления алкоголя подростками
Представленные материалы получены нa основе репрезентативной выборки, т.е....

Проблема подростковой девиантности в последнее десятилетие привлекает к себе...
 

 
   наверх 
Copyright © "НарКом" 1998-2013 E-mail: webmaster@narcom.ru Дизайн и поддержка сайта Петербургский сайт
Rambler's Top100