Новости
 О сервере
 Структура
 Адреса и ссылки
 Книга посетителей
 Форум
 Чат

Поиск по сайту
На главную Карта сайта Написать письмо
 

 Кабинет нарколога _
 Химия и жизнь _
 Родительский уголок _
 Закон сур-р-ов! _
 Сверхценные идеи _
 Самопомощь _
 Клиника



Профилактика, социальная сеть нарком.ру

Лечение и реабилитация наркозависимых - Нарком рекомендует Клинику Narcom.ru

Лечение и реабилитация больных алкоголизмом - Нарком рекомендует Клинику Narcom.ru
Решись стать разумным, начни!





Замена смесителя подробности здесь.

Психотерапия по-перуански

 


> Сверхценные идеи > Глас народа > Психотерапия по-перуански

Нарколог с более чем сорокалетним опытом работы, доктор медицинских наук Сергей Дворяк совершил путешествие в Перу и попытался на месте понять, каким образом устроен терапевтический процесс, основанный на древнем ритуале с использованием веществ, обладающих галлюциногенными свойствами.

Сергей Дворяк

 В последние годы возрождается интерес к психоделической терапии. Или правильнее, наверное, сказать - к использованию препаратов с психоделическим эффектом для терапии некоторых психических заболеваний. Бум публикаций на эту тему пришелся на 60-70-е, но после объявления президентом Никсоном «войны наркотикам» на самом высоком уровне было принято решение галлюциногены типа ЛСД, псилоцибина, мескалина и др. отнести к веществам, требующим особого контроля наравне с наркотиками. Общественное сознание с готовностью заняло позицию, что все психоделики чрезвычайно опасны, а в научном сообществе сформировалось табу на применение и даже изучение этих препаратов.

Но сейчас ситуация выглядит совершенно иначе. Появилось много статей и обзоров, посвященных применению препаратов, относимых к галлюциногенам и энтактогенам, для лечения ряда расстройств: посттравматических, стрессовых, депрессивных, а также химической зависимости. Сравнительно недавно прошла представительная конференция в Амстердаме, на которой эксперты из Старого и Нового света сообщили новые результаты использования психоделиков для терапии ряда психических заболеваний. Особенно существенно то, что постепенно в научном сообществе формируется более трезвое, основанное на фактических данных, отношение к этому классу препаратов и их теперь рассматривают в первую очередь как медикаменты, и только во вторую - как средства рекреации, имеющие риск формирования зависимости или иных нежелательных последствий (тем более, что как выяснилось, риск этот был в прошлом сильно преувеличен).
Если о ЛСД, МДМА, кетамине было многое известно давно, то вещество с экзотическим названием айяуаска (Ayahuasca) появилось в научном словаре совсем недавно. Во всяком случае мне оно впервые встретилось в публикации, посвященной терапевтическому применению галлюциногенов, относящейся к 2016 г.: https://www.researchgate.net/publication/305644612.

Прочитав работу, я заинтересовался тем фактом, что применение аяуаски связано с определенным и очень давним ритуалом (кстати, этот ритуал был признан правительством Перу частью национального культурного достояния), и, оказывается, в Бразилии и в других странах Южной и Северной Америк даже организованы церкви адептов аяуаски. То есть это вещество обладает выраженным мистическим эффектом.
Занимаясь длительное время терапией зависимости, я пришел к выводу, что мистический компонент играет огромную роль для достижения выраженных терапевтических эффектов. Их можно именовать по-разному, существует длинный перечень определений, как сугубо материалистически-психологического, так и трансцендентального характера: инсайт, прозрение, наведенное гипнотическое состояние, экстаз, просветление, сатори… Мне нравится часто используемый в программе «12 шагов» мем «Жди чуда». Многие члены сообщества АА или НИ пережили состояние чудесного избавления, что (конечно же, далеко не всем) помогло достичь длительной стабильности, именуемой трезвостью. Проблема в том, что подобные эффекты трудно поддаются проверке, кроме того, они далеко не всегда устойчивы и без соответствующего подкрепления могут угасать, что приводит к рецидиву и порождает недоверие в отношении терапевтической эффективности метода. Другое дело, что участие в программе «12 шагов» требует длительного посещения собраний, часто предваряемого 1-6 месячным пребывание в реабилитационном центре, что не каждому подходит, а главное, предполагает отказ от ряда своих убеждений и в каком-то смысле смену идентичности. А это тоже не всем по нраву. Применение же препаратов, способных быстро изменять сознание и осуществлять переход на, так сказать, иной экзистенциальный уровень, открывает для терапевтов радужные перспективы. Фактически в течение одной психоделической сессии пациент достигает того состояния, которое в иных условиях требовало бы длительного времени и незаурядной самодисциплины.
Все перечисленные обстоятельства побудили меня совершить путешествие в Перу и попытаться на месте понять, каким образом устроен терапевтический процесс, основанный на древнем ритуале с использованием веществ, обладающих галлюциногенными свойствами.
Хотя сейчас в Перу появилось довольно много мест, где туристам предлагают принять участие в церемониях с использованием аяуаски, а также препарата, приготовленного из кактуса сан педро, мне благодаря профессиональным связям удалось найти  практикующих перуанских врачей и психологов, которые помогли выбрать нечто аутентичное. Это был центр «Centro Situlli», располагающийся в амазонских джунглях и руководимый потомственным шаманом с совершенно европейским именем Винстон.
Но, наверное, лучше изложить всё по порядку.
Сначала была переписка с психиатром-исследователем из Лимы, который на мои вопросы относительно подобного вида терапевтических вмешательств, ответил, что сам он предпочитает «европейскую» медицину и лечит своих пациентов традиционными средствами, т.е. антидепрессантами и транквилизаторами. В то же время он порекомендовал меня своему хорошему знакомому - психологу Фернандо, который практикует психотерапию в сочетании с народными средствами, в том числе аяуаской.
Мы встретились с Фернандо и его супругой, которая также является медицинским психологом, за ужином, и они довольно подробно рассказали, как организовано лечение с применением галлюциногенов. Они же предложили связаться с центром «Situlli» и весьма позитивно отозвались о Винстоне. На следующий день я созвонился с представителем центра, мы обговорили детали нашей встречи, и уже после этого я отправился в Тарапото. Это небольшой городок, расположенный к северо-востоку от Лимы в часе лёту. Представитель центра встретил нас в аэропорту, остаток дня и ночь мы провели в местном отеле, а утром отправились в джунгли в сопровождении сотрудницы центра. Место, куда лежал наш путь, расположено на довольно большом расстоянии от Тарапото. Сначала нужно ехать на машине около часа по шоссе, пролегающему в горах, рискуя попасть под камнепад, потом 30-40 мин плыть на моторной лодке по реке, а  затем еще идти по лесной тропе пешком чуть больше получаса. В итоге мы оказались в лагере, расположенном на берегу бурной порожистой речки.
Лагерь состоит из нескольких деревянных построек - столовая, некое подобие 2-этажного отеля (комнаты в нем - скорее кельи - из неплотно пригнанных досок, не имеют дверей и вмещают одну кровать, накрытую противомоскитной сеткой), отдельно стоящих небольших строений, крытых пальмовыми листьями, тоже приспособленных для сна, и молОки (о назначении этого помещения будет сказано ниже).
 
На территории мы нашли несколько человек обслуги (они принадлежат к семье шамана), десятка полтора пациентов разного возраста и этнической принадлежности, самого шамана и несколько довольно миролюбивых собак. Шаман не говорит по-английски. Мы с ним коротко объяснились через нашего спутника - молодого парня из Испании, приехавшего лечить свои проблемы (кажется, это был алкоголизм, осложненный ПТСР). Я сказал Винстону, что являюсь врачом, специализируюсь в лечении аддиктивных расстройств и хотел бы познакомиться с работой его центра, а заодно и с действием аяуаски. Мы договорились, что мне позволят провести в его центре 3 дня и в один из них принять участие в церемонии. Церемонией называют процедуру, схожую на групповую психотерапевтическую сессию, во время которой все (хотя не обязательно все) принимают аяуаску и присутствуют при исполнении шаманом ритуальных действий и песнопений.
Шаман объяснил мне несколько базовых принципов его терапии. Во-первых, однократная сессия с приемом аяуаски не является собственно терапией. Это всего лишь один из эпизодов длительного процесса. Сам процесс организован в несколько этапов, и его философия совпадает с идеологией поддерживающей терапии. То есть предполагается, что пациент станет в нем участвовать на долговременной основе, не рассчитывая одним броском решить все свои проблемы. Лечение включает три основных элемента: диета; прием натуральных лекарственных продуктов, приготовленных шаманом и назначаемых им в зависимости от симптомов болезни и собственной интуиции; и церемонии с аяуаской. Важной составляющей лечения считается такой фактор, как одиночество. В те периоды, когда пациенты соблюдают строгую диету, они принимают пищу в одиночестве и только тогда, когда им разрешается есть общую пищу, они могут участвовать в трапезах с другими пациентами. БОльшую часть времени им рекомендуется проводить в одиночестве и вообще, поменьше говорить. Можно читать. Есть небольшая испаноязычная библиотека. Понятно, что никакие телевизоры-телефоны-интернет в джунглях не функционируют. Правда, у Винстона есть айпад, и он даже как-то связывается с офисом, расположенным в городе. Видимо, в лагере есть антенна, потому что обычного покрытия мобильной связи в том месте нет. Еще один дополнительный элемент лечения - купание в речке. Она неглубокая, но довольно бурная и при известной сноровке можно улечься между камней, подставив тело бурному потоку так, что получается некое подобие джакузи. Продолжительность курса терапии в центре - от 28 дней до трех месяцев. После завершения этого этапа очень важно продолжать поддерживать избранный образ жизни, используя регулярно медитацию, занимаясь йогой или иным видом психотерапии, типа mindfulness. Многие пациенты, как я понял, периодически (1-2 раза в год или раз в два года) наезжают на 1-2 недели подкрепить эффект.
Церемонии проводятся 3 раза в неделю, остальное время пациентам предлагается заниматься самоанализом и насиловать свой организм крайне непривычной диетой. Последняя не отличается какими-то изысками. Просто дают три раза в день одно и то же: по полтарелки отварного риса и  чечевицы с  добавлением нескольких капель растительного масла и совершенно (!) без соли. Параллельно назначается еще отвар или настой из каких-то трав или кореньев, которые шаман любовно называет plants. После 10-дневного пребывания на подобной диете + отшельнический образ жизни у пациентов происходят различные сдвиги в сознании, но не в психиатрическом смысле «расстройства сознания», а в экзистенциальном. Они пересматривают свой жизненный путь, свои взаимоотношения с близкими; им открывается нелепость своих былых гипертрофированных амбиций и стремления добиваться признания у других и что-то доказывать себе. На этом фоне действие аяуаски не только стимулирует процесс пересмотра собственных ценностей и поиска нового способа жизни, а и позволяет открыть в себе ранее неизвестные уровни восприятия и формат установления связей с окружающим. Максимальный эффект, достигающийся с помощью подобных усилий - это появление глубинного ощущения целостности и единства собственного «Я» с окружающими людьми и окружающей природой, возможность почувствовать себя частью вселенной и надолго избавиться от тревожного чувства разъединенности и одиночества. Одна из пациенток (она лечилась от неврологического заболевания и навязчивых страхов, которые довели её до полной нетрудоспособности) описывала свои переживания так: «Я провожу здесь много времени лежа в своей комнатке, моя постель - очень близко от земли, и мне кажется, что так же, как в земле перегнивают и преобразуются в составные элементы листья и ветки, так в моем теле перегнивают все мои прошлые страхи и другие эмоции, а после этого они поднимаются в голову, и тогда я осознаю свои чувства. Мои эмоции начинаются в теле и в голове получают выражение. Это похоже на то, что со мной было, когда я проходила психоанализ, но только здесь психоанализ без аналитика». Аналитиком является аяуаска. О ней сам шаман и его клиенты говорят как о живом существе. Персонализация аяуаски, очевидно, является частью ритуала. Сначала нужно себя подготовить, чтобы принять её. Для этого используется диета или некоторые растительные средства. С их помощью «открываются каналы восприятия» и тогда аяуаска может делать свою работу. Ей можно и даже нужно задавать вопросы. Правильно поставленный вопрос - половина дела. Но аяуаска может ответить на любой вопрос. Действие самого вещества длится гораздо дольше, чем церемония. Во время церемонии происходит лишь пик действия, но отдаленные последствия - так утверждает Винстон - будут длиться 7 - 10 дней.
Мои знакомые перуанцы говорили, что несомненным достоинством Винстона является то, что он сам готовит аяуаску. Многие шаманы её покупают. Нужно сказать, что это лекарство не дешевое. Один литр стоит около 800 долларов. Я наблюдал, как её готовят. Срезаются не очень толстые ветки определенного сорта пальмы, их режут на небольшие куски по 70-80 см длиной и потом начинают колотить по ним крепкими палками, чтобы полностью оббить кору. Кора в дело не идет, а ветки складывают в большой котел, плотно утрамбовывают, заливают водой и ставят на огонь. Вариться этот состав должен больше 12 часов.
     
       
Собственный опыт
С утра дали выпить примерно 50 мл какого-то зелья, которое накануне ex tempora приготовил на моих глазах сын шамана из корешков, похожих на что-то среднее между хреном и петрушкой. После первых же глотков ощущается сильная боль в эпигастрии, будто проглотил ежа. Шаман показывает знаками, что это не страшно и нужно немного потерпеть. Потом командует дать воды. После этого боль утихает, но осадок «зачем он это сделал?» остается. Позже шаман объясняет: это для того, чтобы «открылись каналы» - тогда аяуаске легче будет найти дорогу. Видимо, она должна найти дорогу к моему сознанию. Затем в течение дня больше никаких мероприятий не проводится, если не считать длительного лежания в своей комнате под сеткой в состоянии полного безделья, а временами и безмыслия. Напомню, комнаты в отеле выглядят не вполне обычно. Это квадратные деревянные коробки без двери, в которых стоит кровать, обтянутая противомоскитной сеткой. Стула нет, и вообще ничего кроме кровати и постельных принадлежностей нет. Вечером, после наступления темноты шаман выдает некоторым, очевидно в знак поощрения, свечу, чтобы посветить в комнате, когда наступает тьма. Поскольку дело происходит практически на экваторе, темнеет в половине седьмого, и чем заниматься после наступления темноты - каждый решает для себя сам.
Церемония начинается в 8 вечера, но знающие люди советуют пойти в молоку за час до её начала, чтобы занять место поближе к шаману, поскольку важно «чувствовать вибрации», которые исходят от него во время пения.
МолОка - это круглое строение с шатрообразной крышей, похожее на чум, только значительно больше. По периметру в нем свободно умещается 12 - 14 матов, на которых ногами к центру и на расстоянии 1,5-2 м друг от друга располагаются участники. По центру молоки устроено нечто вроде примитивного алтаря. На нем стоит глиняный, судя по всему, довольно старый кувшин, лежат какие-то цветы, и горит свеча, чтобы участники в темноте не наступали друг на друга. Каждому предлагается аккуратное полиэтиленовое ведерко. Это на случай возникновения рвоты, что довольно часто бывает при употреблении аяуаски. В начале 9-го часа появляется шаман. Он светит себе фонариком под ноги, но поскольку перед его приходом свечу гасят, его почти не видно. В отсветах фонарика, которым он освещает себе дорогу, видно, что он футболку и шорты сменил на длинный до пола черный халат, а на голову водрузил не то шапку, не то колпак с раздвоенным остроконечным верхом. Головной убор, конечно же, в данном случае ассоциируется с рогами. Он произносит несколько слов на испанском, скорее всего это приветствие участникам, спрашивает, находится ли в помещении новичок (тот парень, который приехал вместе с нами), и затем начинает процедуру подготовки: разжигает курительною трубку и начинает её раскуривать. Потом выясняется - в ней табак, который должен обеспечить ему необходимую степень концентрации и подготовить его к проведению церемонии. Позднее мне объяснили, что без табака не может быть церемонии, табак вроде как является «ведущим» церемонии. Учитывая, что пояснения я получал в переводе с испанского на бедном английском, не могу утверждать, что до меня полностью был доведен смысл и тонкости всей процедуры. Попыхтев трубкой, шаман приглашает своего ассистента начать обносить присутствующих напитком. Перед креслом шамана на столике стоят небольших размеров флаконы, он из них готовит смесь и передает ассистенту, а затем указывает фонариком, кому отнести. Когда до меня дошла очередь, мне поднесли металлическую рюмку, точно такую, как используют бармены, чтобы отмерять алкоголь, с довольно густым, по консистенции напоминающим ликер, напитком. Вкус у него был не особо приятный, но и не отвратительный. Более всего он походил на какой-нибудь бальзам, так как чувствовался сильный травяной привкус. Объем не превышал 30 мл.
После того как все получили свою дозу - у меня сложилось впечатление, что шаман обеспечивал индивидуальный подход, подчиняясь только ему известным критериям, - наступила полная тишина. В помещении можно было расслышать только чье-то дыхание, а увидеть вообще ничего было нельзя. Действие аяуаски, как пишут в статьях, посвященных изучению её фармакокинетики, начинается в среднем через 1,5 часа. Всё это время участники проводят в полной тишине. О наступлении эффекта от препарата сигнализирует первое покашливание, сопровождающееся звуками сокращения глотки - это у одного из участников возникает позыв на рвоту. Похоже, шаман ждал этого момента. Он начинает наиболее активную часть церемонии - песнопения. Поет он не то чтобы художественно, но песни его чаще всего монофонные, с простой мелодикой и повторяющимися словами. Голос его действительно наполнен необычными вибрациями. Скорее всего, это ритуальная манера, перенятая им от своих предков. Очевидно, слушатели должны впадать в подобие транса от этих звуков. Несколько раз вступала со своим пением та самая пациентка, которая рассказывала мне накануне о своих впечатлениях о терапии аяуаской, сравнивая их с занятиями психоанализом. Она по профессии преподаватель музыки и изучала древние музыкальные тексты. Даже ездила в Туву, чтобы освоить способ пения тувинских народных исполнителей, которым удается петь одному на 2 голоса. Её голос звучал куда как музыкальнее, чем у шамана, но ничего напоминающего мистерию или священнодействие ни в том, ни в другом случае не было. Во второй половине церемонии шаман стал к пению добавлять звуки своей трещотки. Такими трещотками в Южной Америке пользуются для изгнания злых духов. Похоже, что одной из задач шамана во время церемонии является освобождение своих клиентов от этих нематериальных сущностей, которые, по его мнению, и определяют клиническую картину болезни.
Мне было довольно трудно сохранять внимание, чтобы следить одновременно за происходящими в молОке событиями и отдаваться собственным переживаниям. Все же удалось испытать кое-что, чего ранее не бывало. Как только началось пение, я почувствовал в области нижней челюсти ощущение чего-то постороннего: будто в кости появились полости, и они наполняются воздухом, который давит на кость изнутри. Ощущения нельзя назвать болевыми, но они очень странные и как будто предваряют новые незнакомые чувства. Чуть позже стал замечать, как темное пространство вокруг заполняется огоньками, багровыми спиралями, калейдоскопически сменяющимися цветными геометрическими фигурами. Используя язык психопатологии можно сказать, что вначале появились сенестопатии, на смену которым пришли элементарные галлюцинации, типа фотопсий. Важная особенность: их можно было легко остановить. Достаточно было для этого открыть глаза и сдвинуть фокус внимания на очертания окружающих, начать прислушиваться к звукам, исходящим от других участников. Через некоторое время картины стали усложняться. Появились довольно красивые и сложные стереоскопические видения: то слева от меня где-то вверху раскрывался, как из-за кулисы выплывал, огромный водопад, окруженный буйной тропической растительностью - по интенсивности изображения эта картинка напоминала кадры из фильма «Аватар». То вдруг в верхнем поле зрения я видел вздымающуюся на волнах парусную каравеллу, на носу которой стоял ряд изукрашенных щитов, а за ними воины в доспехах. Картины были кратковременными, сменяли одна другую и никогда не воспринимались с той же отчетливостью, что реальность. Т.е. это были не галлюцинации, а скорее яркие сновидные феномены на фоне достаточно ясного сознания. Я все время четко осознавал, где я нахожусь, что со мной происходит, и как этот поток образов, при желании, остановить. Потом уже мне объяснили, что аяуаска требует предоставить себя её воле и, что называется, целиком довериться ей. Чем меньше контроля и самонаблюдения, тем сильнее эффект. Также мне стало понятно, почему самая короткая экспозиция такой терапии должна включать не менее 4-х сессий. Первая, по сути, - ознакомительная. Участник церемонии освобождается от страха потери контроля и в следующий раз может отдаться своим переживаниям в полной мере, не делая попыток остановить психоделический процесс, не совершая никаких усилий по сохранению сознательного контроля за собой и окружающей ситуацией. Тогда во время последующих сессий он сможет пережить те состояния, которые лягут в основу лечебного процесса. Думаю, что в данном случае имеет место сочетанное действие аяуаски как на биологические процессы, так и на сугубо психические переживания. Возникновение инсайтов, новых поведенческих установок, сопровождается, наверное, еще и определенными изменениями в нейротрансмиттерной системе мозга, поскольку у большинства пациентов наблюдаются долговременные эффекты и происходят устойчивые изменения в поведении. Об этом можно прочесть в многочисленных публикациях, появившихся в последнее время.
Примерно через полтора часа от появления первых галлюцинаций все зрительные эффекты прекратились. На место ожидания необычных переживаний пришли ирония и скепсис. Но странное дело, вместе с этим возникло чувство единства с этим помещением, находящимися в нем незнакомыми людьми, как будто стали стираться границы между сознанием ясным и наполненным картинами сновидным; утратилась энергия перехода от одного состояния к другому; стали растворяться границы между «Я» и не «Я», и постепенно возникало ощущение единства субъективного с объективным, иными словами, устанавливалась целостность. Потом, постепенно угасая, это чувство длилось еще несколько дней.
Что касается остальных участников, то об их состоянии сказать что-то определенное довольно трудно. Звуков было немного. Возможно у 1-2-х пациентов была кратковременная рвота. Иногда можно было услышать чей-то глубокий вздох, но никаких эксцессов, вроде двигательного возбуждения, громких звуков или чего-то похожего на рыдания, не было. Кстати, потом психолог у меня спрашивал, рыдал ли я, было ли у меня впечатление, что я вижу себя в раннем детстве, видел ли я своих близких. Нет, ничего такого со мной не происходило.
По истечении 2-х часов с начала активной фазы церемонии, т.е. пения, шаман начал обходить всех участников по кругу одного за другим и возле каждого совершал одну и ту же процедуру. Он наклонялся к сидящему на полу клиенту и дул ему несколько раз табачным дымом сначала на голову, а затем на скрещенные в замок кисти рук, сопровождая это коротким заклинанием. Похоже, этот ритуал также направлен на «изгнание духов». Обойдя таким образом всех участников, шаман объявил, что церемония окончена, и покинул молоку. Некоторые участники оставались в ней до утра, предаваясь своим переживаниям и беседуя друг с другом. Поскольку все контакты между ними были на испанском, то я покинул это место вскоре после шамана.
Ночью и на следующий день никаких, скажем так, психопатологических симптомов я у себя не наблюдал, однако состояние не было вполне обычным. Больше всего хотелось быть одному и в тишине перебирать мысленно события недавнего и далекого прошлого, анализировать собственную историю жизни, размышлять о философских истинах, и меньше всего - взяться за привычный ноутбук или включить телевизор (тем более, что ни того, ни другого поблизости не было).
В целом мне показалось, что мои переживания не были слишком интенсивными из-за того, что мне была выдана относительно малая доза напитка. Подумал, что очевидно шаман решил сделать поправку на мой возраст, и что, может быть, эффект сильнее проявляется у более молодых участников. Я прямо спросил об этом шамана.
- Есть ли зависимость между эффектом аяуаски и возрастом?
- Это как любовь, - сказал шаман. - Ей все возрасты покорны. 
 
С шаманом Винстоном и его младшим сыном
 
Вполне отдаю отчет в том, что столь короткий эпизод изучения методики, хотя и включающий исполнение роли участника, позволяет сделать лишь поверхностные выводы, все же рискну их привести.
1. Аяуаска имеет мягкий галлюциногенный и выраженный энактогенный эффект. Не замечены проявления зависимости от неё даже в тех случаях, когда имели место многократные эпизоды употребления.
2. Аяуаска не обладает чудодейственным магическим свойством, способным одномоментно внести существенные изменения в имеющийся патологический процесс, т.е. обеспечить выздоровление.
3. Она может быть одним из элементов длительного терапевтического процесса, который, помимо церемоний, включает в себя подготовительный этап, а также ориентирует на долговременное продолжение различных усилий по сохранению достигнутых изменений: диета, участие в духовных практиках, самоограничение и самодисциплина.
4. Довольно сложно оценить истинную эффективность данного метода, поскольку имеет место предварительный отбор пациентов и в терапию попадают только очень мотивированные индивиды. Далеко не каждый в состоянии выдержать все условия, обязательные для участия в такой терапии: ехать за тридевять земель, жить в джунглях в условиях информационной депривации с минимумом комфорта, вынести изнуряющую диету и к тому же быть объектом питания для многочисленных комаров и москитов. Т.е. понятно, почему большинство местных врачей скептически воспринимают данное лечение.
5. Для пациентов, разочаровавшихся в иных методах лечения и упорно пытающихся найти решение своих проблем, таких как зависимость, депрессия, ПТСР, и одновременно склонных к рефлексии, готовых не только лечиться, но и менять свои образ жизни и мировоззрение, такой метод может оказаться средством выбора и дать очень длительный положительный эффект.
6. Подход, используемый амазонским шаманом, основанный на технологии, разработанной много лет (веков) назад, полностью соответствует базовым принципам наркологического лечения, сформулированным NIDA, а именно: медикаменты являются важным элементом терапии для многих пациентов, особенно если они комбинируются с другими поведенческими методами терапии; чтобы быть эффективным, лечение должно быть длительным.  


Источник:  http://www.epaam.org   

Другие интересные материалы:
Уголовная политика и проблемы реформирования системы уголовного правосудия России
Круглый стол ученых-криминологов, членов Совета по Законодательству при...

Уголовная политика в социо-культурном контексте Криминогенная...
Психологические аспекты «преступлений ненависти»
«Преступления ненависти» являются поведенческим аспектом предубеждённости....

Рост «преступлений ненависти» заставляет задуматься о природе, причи­нах и...
Глава 6 “Меры пресечения”


Вопрос: через реку переправлялись в лодке три милиционера. Лодка...
О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами


Источник публикации "Российская газета", N 110, 10.06.98 ПЛЕНУМ...
Особенности наркотизации населения в современной России
“…серьезное ухудшение наркоситуации в постсоветской России обусловлено также...

За последние несколько лет произошли серьезные изменения в...
 

 
   наверх 
Copyright © "НарКом" 1998-2013 E-mail: webmaster@narcom.ru Дизайн и поддержка сайта Петербургский сайт
Rambler's Top100