Новости
 О сервере
 Структура
 Адреса и ссылки
 Книга посетителей
 Форум
 Чат

Поиск по сайту
На главную Карта сайта Написать письмо
 

 Кабинет нарколога _
 Химия и жизнь _
 Родительский уголок _
 Закон сур-р-ов! _
 Сверхценные идеи _
 Самопомощь _
 Клиника



Профилактика, социальная сеть нарком.ру

Лечение и реабилитация наркозависимых - Нарком рекомендует Клинику Narcom.ru

Лечение и реабилитация больных алкоголизмом - Нарком рекомендует Клинику Narcom.ru
Решись стать разумным, начни!





концентрат томатной пасты тут

krassar.com

См. отдых на чемале алтай http://www.marin-ostrov.ru/ .

marin-ostrov.ru

Социальные факторы и наркомания

 


> Кабинет нарколога > Наркология on-line > Социальные факторы и наркомания

Вопросы социального функционирования и качества жизни лиц с поведенческими и психическими расстройствами, связанными со зло­употреблением психоактивными веществами, являются основными для пони­мания причин развития и типа динамики данной формы психической патоло­гии и должны учитываться при проведении психофармакотерапии и психотера­певтической коррекции этих больных

Т. Клименко

Состояние психического здоровья является одним из критериев социальной и психологической устойчивости как отдельного индивида, так и общества в целом. Общеизвестно, что человек, являясь биосоциальным существом, опос­редует как внешние, так и внутренние функциональные составляющие через среду — социум. В свою очередь различные экзогенные вредности малой и сред­ней интенсивности приводят к дестабилизации функционирования организма. Это может проявляться как на донозологическом уровне — в неспецифических экстранозологических реакциях психической дезадаптации, так и на нозологическом — в форме различных психических расстройств. В развитии многих пси­хических расстройств различного рода ситуационно-психологические факторы рассматриваются как причинно-этиологические или как пусковые (триггерные). С этим связана проблема многофакторности в патогенезе многих психи­ческих расстройств и иногда неразрешимые диагностические сложности в свя­зи со сложной структурой синдромов, включающих как симптоматику собст­венно психогенно-невротических регистров, так и специфические для данного психического заболевания нарушения.

Однако было бы неправильно говорить лишь о негативном влиянии окру­жающей среды на психическое здоровье индивида. Саногенетические механиз­мы влияния социума на психическое здоровье находятся в диалектическом взаимодействии с патонегетическими. Они определяются как внутренними, так и внешними факторами, в числе которых могут быть и социально-психологи­ческие, и природно-климатические, и различные другие воздействия. Поэтому учет саногенного влияния не должен игнорироваться при определении прогно­за, проведении профилактики и разработке реабилитационных программ в от­ношении лиц с различными психическими расстройствами.

Значение социально-демографических показателей в плане их деструктив­ного влияния на общий уровень психического функционирования, а также применительно к оценке психического здоровья имеет принципиальное значе­ние при формировании наркологических заболеваний. Это связано с тем, что алкоголизм, наркомания и токсикомания, отнесенные в МКБ-10 к группе пси­хических и поведенческих расстройств, связанных с зависимостью от психоак­тивных веществ (ПАВ), представляют собой сложную медико-социальную про­блему, в которой как ни при каком другом психическом заболевании выступает, наряду с медико-биологическим, социальный аспект. Общеизвестно, что тя­жесть последствий злоупотребления психоактивными веществами определяет­ся не только тяжестью развивающихся при этом психических, соматических и неврологических нарушений, но и в значительной мере социальными пробле­мами. Эти лица переживают цепь травмирующих событий, связанных с упот­реблением психоактивного вещества, причем отдаленные социальные последст­вия этого явления часто значительно превышают непосредственные эффекты употребления психоактивного вещества.

В отличие от других отраслей медицины, которые чаще всего ограничиваются верификацией биологической патологии, клинический диагноз в психиатрии и наркологии является многоосевым, системным, с обязательным учетом социаль­но-психологических качеств личности, то есть имеет функциональный характер.

В последние годы из широкого понятия социальной адаптации как одного из основных показателей психического функционирования стали выделять по­казатели уровня социального функционирования и качества жизни, которые широко используются для оценки качества эффективности оказываемой медицинской помощи, терапевтической оценки результатов лечения, а также для оценки тяжести заболевания, его динамики и механизмов возникновения. При определении уровня социального функционирования оценивается уровень тру­довой адаптации индивида, его финансовая успешность, семейные взаимоот­ношения, наличие социальных и юридических проблем и особенности их пре­одоления, межличностные контакты и т. д.

«Качество жизни» является показателем субъективным и включает экзис­тенциальные аспекты: самоощущение и субъективную оценку функционирова­ния. Поэтому в отношении лиц с различными видами зависимости от психоак­тивных веществ под «качеством жизни» важно понимать не просто «восприятие человеком своей жизни» [Jambon В., 1994] как эфемерную удовлетворенность ею и субъективное чувство благополучия, а удовлетворение собственных пот­ребностей при оптимальном социально-биологическом функционировании.

Если оценка уровня психического функционирования уже давно использу­ется в психиатрии как показатель тяжести болезни (социальная компенсация или декомпенсация, состояние ремиссии), то вопросы качества жизни стали предметом изучения лишь в последние годы. Это является отражением сдвига в идеологии от патернализма к принципу партнерства с формированием у боль­ных ответственности за свое социальное поведение [Шмуклер А.Б.,1996], что оказывается как ни при какой другой психической и соматической патологии принципиальным именно в отношении больных, страдающих различными формами зависимости от психоактивных веществ и подвергающихся в связи с этим тем или иным формам лечения.

К настоящему времени можно выделить несколько основных подходов к пониманию сущности зависимости от ПАВ.

Во второй половине XX в. во многих странах была распространена поведен­ческая модель зависимости от ПАВ, основанная на паттернах поведения. В соот­ветствии с этой позицией, употребление ПАВ рассматривалось как стабильное аномальное поведение, обусловленное только внешними причинами. Счита­лось, что возникновение и распространение данной поведенческой модели за­висит от нравственной оценки, принятой в данной социокультуральной среде. Именно поэтому сложившиеся внутри определенных социальных групп цен­ностные представления и ориентиры, поведенческие стандарты, культурные традиции обладают устойчивостью против социально-нравственных обще­ственных норм в целом, тропизмом к определенной психологической консти­туции личности и оказывают прямое влияние на поведение конкретного инди­вида вообще и на процесс приобщения к злоупотреблению ПАВ в частности.

Поведенческая модель формирования наркологической патологии не ис­ключает определенной патохарактерологической предпосылки для ее форми­рования. В рамках данного подхода зависимые личности рассматриваются как «экзогенно-гетерономные», подверженные влиянию самых разнообразных вне­шних факторов — алкоголь, наркотики, секс, компьютерные и азартные игры и т. д. [Даренский И.Д., 2005]. Гомономные черты, определяющие независимость от внешних факторов, выражены у таких лиц минимально. Отсутствие автоном­ности и независимости от внешних условий лежит в основе формирования со-зависимого поведения, созависимого стиля социальных отношений.

При таком подходе ставится знак равенства между внебиологическими и биологическими причинными факторами, даже когда отягощенная нарколо­гической патологией наследственность рассматривается с точки зрения экзогении как фактор негативного психологического воздействия.

Социокультуральный подход в виде концепции сформировался недавно, но уже давно применялся при проведении многими государствами антинаркоти­ческой политики и антиалкогольных кампаний, а также при пропаганде здоро­вого образа жизни. В соответствии с данными подходами в некоторых диагностических системах употребление ПАВ объединялось в одну группу с другими общественно порицаемыми формами поведения (антисоциальное поведение, сексуальные нарушения), что свидетельствует о преобладании морализаторской оценки этих лиц.

Достаточно длительное время в научной литературе преобладала биологи­ческая модель химической зависимости. Она основывалась на трех основных положениях: 1) есть разнообразные по характеру болезни, каждая из которых ведет к качественному нарушению дисбаланса между здоровьем и патологией; 2) каждая болезнь характеризуется собственной, только ей присущей этиологи­ей; 3) причиной патологических изменений является какой-либо физический фактор [Bustield F., 1986]. Таким образом, поскольку предполагалось наличие у индивида предрасположенности к заболеванию, биологическая концепция утверждала возможность существования дискретных генетических и биологиче­ских причинных факторов. При этом не отрицалась психическая составляющая заболевания в виде расстройств поведения и влечения — патологической тяги к алкоголю (еще в 1840 г. была выделена «дипсомания» — «болезненная и выраженная жажда алкоголя пароксизмального характера»).

Достаточно широко была распространена точка зрения, что злоупотребле­ние ПАВ является проявлением иного расстройства — базальных личностных свойств, соматического или психического заболевания. Неоднократно выяв­ленная связь употребления ПАВ с депрессиями даже позволила в рамках этой концепции говорить, что употребление ПАВ представляет собой одно из прояв­лений спектра депрессивных расстройств [Winokur G., 1972]. Долгое время го­ворили о личностном расстройстве, определяемом зависимостью от ПАВ.

В основе такого подхода к пониманию феномена зависимости от ПАВ лежа­ли клинические исследования, выявившие у 80% пациентов с зависимостью от ПАВ различную коморбидную психическую патологию, чаще всего погранич­ные личностные расстройства в форме депрессивных, тревожных и панических расстройств [Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В., 2002; Regier D., Farmer М., Rae D., Locke В. etal., 1990; Nace E., Davis C, 1993]. Поданным И.Д. Даренского (2005), от 70 до 90% больных алкоголизмом и наркоманией имеют более одного личностного расстройства. Общеизвестно, что наличие двойной патологии значительно ухудшает прогноз зависимости от ПАВ [Thomas V., Melchert Т., Banken J., 1999], а также обусловливает высокий риск суицидов и частых госпи­тализаций [(Links P., Target М., 1998].

В современной психиатрии и наркологии все большим признанием пользу­ется мнение о том, что болезни, связанные с зависимостью, являются сложным психобиосоциальным феноменом, результатом воздействия различных социаль­ных, культуральных, психологических, патопсихологических и биологических факторов. В соответствии с таким подходом патологическое влечение к ПАВ стало рассматриваться шире, не как проявление неправильного воспитания и других средовых влияний, а как результат комплексного воздействия конститу­ционально-биологических и внешних факторов. Было показано, что в основе такого взаимодействия лежит сложный комплекс патофизиологических и патопсихологических изменений, когда индивидуальная реакция на прием ПАВ за­висит не только от пола и возраста пациента, но и от наличия у него соматонев-рологической патологии и многих других обстоятельств.

Было показано, что в процессе формирования алкоголизма и наркомании сразу же явственно выступает биологический компонент в виде сложного ком­плекса физиологических и психологических изменений, ставящий привычное действие в непосредственную связь, а вскоре и в зависимость от него. Возника­ющий в результате приема психоактивного вещества гедонистический эффект способствует быстрому формированию условного рефлекса на прием психоак­тивного вещества с развитием как биологической, так и психологической зави­симости. При этом индивидуальная реакция на прием того или иного психоактивного вещества зависит не только от его химических особенностей, но и от пола, возраста больного, наличия у него соматических заболеваний и многих других обстоятельств. При этом генетически различные виды патологических влечений (первичные, вторичные, истинные и приобретенные) в конечном итоге проявляются сходными клиническими расстройствами и имеют однотип­ную динамику. Это не противоречит общебиологическим закономерностям формирования той или иной патологии, когда сходность клинических проявле­ний и типов реагирования наблюдается при различных этиопатогенетических факторах, вызывающих то или иное страдание (например, однотипность кли­ники и динамики краевой и ядерной психопатии).

Однако нередко в однородных по полу и возрасту группах больных при од­нотипных микросредовых условиях особенности формирования зависимости от того или иного психоактивного вещества бывают различными. По-видимо­му, это связано с индивидуально-конституциональными особенностями боль­ных на разных уровнях функционирования организма. Важным с клинической точки зрения в этом плане представляется преморбидный характер личности, тем более что существуют определенные корреляции между характерологиче­ским и биологическим уровнем функционирования [Дмитриева Т.Б., 1990] и, вполне вероятно, активностью функциональных систем, участвующих в фор­мировании патологического влечения.

Наряду с такой биологической (а также патобиологической) предпосылкой заслуживает внимания и другая — социальная. Имеется в виду общая социаль­ная ситуация, содержащая фрустрационные, невротизирующие компоненты. Спектр последних нельзя ограничить общеизвестными социальными и быто­выми трудностями, он включает в себя и проблему дефицита смысловых и нравственных ориентиров.

В этой связи можно сослаться на авторитет В. Франкла (1990), разработав­шего концепцию экзистенциального вакуума. Автор аргументированно ут­верждает, что сегодня мы по сути имеем дело уже с фрустрацией не сексуаль­ных потребностей, как во времена 3. Фрейда, а с фрустрацией потребностей экзистенциальных. Сегодня пациент, по его мнению, страдает не столько от чувства неполноценности, сколько от глубокого чувства утраты смысла жизни, которое соединено с ощущением пустоты своего бытия, что можно обозначить (определить) как экзистенциальный вакуум. Разрушение многове­ковых традиций, повсеместная инфляция новых, искусственно насаженных ценностей, низвержение многих общечеловеческих ориентиров — все это ха­рактерно для нашего времени и создает ту духовную пустоту, которая легко заполняется гедонистическим содержанием. В. Франки считает, что «если у человека нет смысла жизни, осуществление которого сделало бы его счастли­вым, он пытается добиться осуществления этого счастья в обход осуществле­ния смысла, в частности, с помощью химических препаратов».

Отмеченный патобиологический фон и неблагоприятные факторы социа­лизации в своем сочетании взаимно усиливают негативный эффект, так как ха­рактерологические дисгармонии (как следствие первого) и духовная опусто­шенность (как следствие второго) не только направляют интерес к суррогатно­му удовлетворению личностных потребностей, но и не содержат волевых и нравственных барьеров на пути к их осуществлению. Иных этиопатогенетиче-ских объяснений резкому количественному сдвигу в росте заболеваемости раз­личными формами зависимости от психоактивных веществ нет.

В современной психиатрии и наркологии все большее признание получает представление о том, что все наркологические заболевания (алкоголизм, нарко­мании, токсикомании), особенно на начальных этапах их развития, являются сложным биосоциальным феноменом, результатом воздействия различных со­циальных, культуральных, психологических и патопсихологических факторов.

С социокультуральной точки зрения злоупотребление веществами психоак­тивного действия представляет собой поведенческую модель, возникновение и распространение которой зависит от установленной в данной социокультураль­ной среде ее нравственной оценки. Именно поэтому сложившиеся внутри опре­деленных социальных групп ценностные представления и ориентиры, поведенчес­кие стандарты, культуральные традиции обладают определенной устойчивостью по отношению к социально-нравственному развитию общества в целом, тропиз­мом к определенной психологической конституции личности и оказывают пря­мое влияние на поведенческие феномены конкретного индивида вообще и на процесс приобщения к злоупотреблению психоактивными веществами в част­ности.

Значение и смысл употребления психоактивного вещества меняются и на различных этапах исторического развития общества. Если в современном об­ществе злоупотребление ПАВ однозначно расценивается как негативное явле­ние, то в известные исторические периоды употребление и алкоголя, и веществ, относящихся в настоящее время к наркотическим, являлось нормой социаль­ной жизни и иногда даже предписывалось индивиду как обязательная форма поведения.

Так, опий, известный человечеству с древних времен (упоминание о нем встречается в шумерских надписях, относящихся к IV—III вв. до н. э.), был ши­роко распространен в качестве лечебного и тонизирующего средства в древние и средние века, однако никаких упоминаний о возникающей в связи с этим за­висимости в литературе того времени не встречается. Применение целого ряда барбитуратов, лишь в последние годы занесенных в «Список средств наркоти­ческого действия», до этого не считалось негативным медико-социальным яв­лением, и они широко применялись в лечебной практике. То же самое относит­ся и к опиатам, о которых еще Гиппократ сказал, что он не хотел бы быть вра­чом, если бы не было опиатов, имея в виду широкий спектр их фармакологичес­кой активности [Битенский B.C. и соавт., 1989].

Немалое значение в деле злоупотребления психоактивными средствами имеет и широкораспространенное, особенно среди подростков, мнение о «мяг­кости» действия, в частности, марихуаны, что снимает табу на употребление этого наркотического вещества. Неслучайно в связи с этим W.O. Bearden, А.В. Woodside, J. Johannah (1979) при изучении мотивации начального этапа злоупотребления наркотическими веществами особое значение придают «мо­тивации воздержания», отмечая в этом смысле сугубо положительную роль та­ких ситуационных факторов, как морально-нравственная оценка обществом данного явления, наличие запрещающих авторитетов, отсутствие постоянных источников наркотика, что, в свою очередь, зависит от социально-культуральных традиций данной общественной группы.

Очевидно, что для обеспечения эффективной профилактики злоупотребле­ния психоактивными веществами и формирующейся в связи с этим зависимо­сти необходимо опираться на изучение социокультуральных ориентации раз­личных социальных групп на факт злоупотребления веществами психоактивно­го действия.

Неоднократно проводились социально-демографические исследования [Габиани А.А., 1990; Гулямов М.Г., 1987; Дурандина А.И. и соавт., 1987; Кери-лец Н.Б., Ладыгина А.С., 1993] для определения статистических корреляций между частотой случаев злоупотребления психоактивными и, в частности, нар­котическими веществами и различными демографическими показателями (по­ловая и возрастная структура больных, их профессиональный состав, семейно-бытовая адаптация и т. д.). Они обычно предпринимались для выявления той категории лиц, которые прибегают к злоупотреблению средствами психоактив­ного действия, а также с целью изучения этой популяции. При этом и нарколо­ги, и социологи справедливо считают, что при правильном определении группы риска в отношении злоупотребления психоактивными средствами процесс борьбы с наркоманиями и алкоголизмом как наиболее социально значимыми формами зависимости существенно бы упростился.

Наиболее важным аспектом изучения всех видов зависимости является со­циально-психологический анализ микросоциального окружения лиц, злоупот­ребляющих психоактивным веществом, выявление нарушений в сфере их меж­личностного общения. Однако здесь необходимо отметить, что изучение всех этих факторов все равно недостаточно для понимания механизма мотивации наркотического поведения. В каждом конкретном случае индивид сам выбира­ет формы поведения, поэтому факторы социологического характера являются только предпосылкой для начала злоупотребления ПАВ, но не предопределяют его. При всей важности социальной стороны начала злоупотребления психоак­тивными средствами, это лишь одна сторона такого сложного феномена, кото­рым являются все формы зависимости от психоактивных веществ.

Еще М.Я. Серейским (1925) на примере 82 больных было установлено, что в семьях больных наркоманиями часто встречаются лица, страдающие хрони­ческим алкоголизмом. Он писал, что наследственность больных наркоманией «до такой степени пропитана алкоголем», что можно говорить: «без алкоголиз­ма в наследственности нет генуинной наркомании, как без сифилиса нет прогрессивного паралича».

Немногочисленные современные исследования также подтверждают высо­кую частоту алкоголизма и злоупотребления алкоголем в семьях больных нар­команией. В.Д. Москаленко (1993) считает, что зависимость от каких-либо хи­мически активных веществ в нескольких поколениях является характерной особенностью семей больных наркоманией. То же самое относится и к семьям больных всеми другими видами химической зависимости.

Значение факта наследственной отягощенности по хроническому алкого­лизму в развитии различных форм зависимости (алкоголизм, токсико- и нарко­мании) не вызывает сомнения, однако механизмы реализации этого явления могут быть различными. Описано две формы алкогольной наследственности: гомогенная, когда влечение к алкоголю передается детям от родителей («биоло­гическая жадность к алкалоиду», по М.Я. Серейскому, 1925), и гетеротипическая (трансформированная), когда алкоголизм родителей выступает уже не как фактор биологически ослабленной «почвы», а является причиной болезненного развития личности, формирования различных нервно-психических аномалий, низких адаптационных возможностей у детей из семей алкоголиков.

Деформации личности в сторону готовности к различным формам девиантного поведения, в том числе и к злоупотреблению психоактивными средствами как одному из его вариантов, способствуют определенные социальные условия, из которых наибольшее значение придается особенностям воспитания: отсут­ствие контроля со стороны родителей, отрицательный психологический климат в семье, неспособность и нежелание родителей привить ребенку нравственно-этические ценности и выработать социально-положительные ориентиры. Как факторы, неблагоприятные для воспитания, рассматриваются отсутствие одно­го или обоих родителей, ослабление родительского контроля и проживание вне дома, отрыв от семьи, наличие семейного алкоголизма, нарушение взаимоотно­шений между родителями и пробандами, низкая культурно-нравственная ат­мосфера в семье, воспитание в семье, в которой имеется «много жизненных проблем», неблагоприятные материально-бытовые условия, влияние средств массовой информации (теле- и видеофильмы), проповедующих соответству­ющий образ жизни.

W. Johuson-David (1984) пришел к выводу, что подростки, злоупотребля­ющие наркотиками, происходят из неблагополучной семьи, отличаются неус­тойчивыми целями и ценностями, низкой самооценкой и самоконтролем, у них отсутствуют навыки построения прочных взаимоотношений. Злоупотребление наркотиками он рассматривает как поведенческую проблему, являющуюся, с его точки зрения, результатом недостаточной социализации: усвоения норм, ролей, установок и навыков, принятых в данном обществе, основная роль в формировании которых ложится на семью.

По мнению Н.Я. Копыта и П.И. Сидорова (1986), социально-детерминиру­ющее, всеохватывающее значение имеет содержание воспитания в семье, то есть функция семьи. Эта функция, в свою очередь, нарушается, когда ломается ее структура, и наоборот, нарушенная функция семьи может вызвать ее струк­турный распад, то есть развод родителей.

Таким образом, нарушение структуры и функции семьи, асоциальное пове­дение родителей, их конфликтность и жестокость по отношению к детям, не­правильное воспитание и связанная с этим педагогическая и социальная запу­шенность, обстановка безнадзорности способствуют сближению этих детей и подростков с асоциальной компанией, формированию «криминогенных уста­новок», делинквентному стилю жизни и нарушению психосоциальной адапта­ции. Следовательно, наркологические заболевания являются проявлением бо­лезни семьи в целом [Москаленко В.Д., 1993]. Это подтверждается не только высоким уровнем наследственной отягощенности по наркологическим заболе­ваниям и различным характерологическим аномалиям, но и тем, что эти семьи, как правило, отличает высокая степень дезорганизации семейной жизни.

Одним из важнейших показателей социально-трудовой адаптации является образовательный и профессиональный уровень, который у больных алкоголиз­мом и наркоманией часто отличается низкими показателями. В то же время в последние годы на фоне растущей заболеваемости наркоманиями и алкоголиз­мом возрастает доля лиц из обеспеченных классов общества и хорошо образо­ванных слоев. Поданным многочисленных эпидемиологических исследований, каждый пятый молодой наркоман (20—25 лет) выходит из семьи служащих и две трети имеют как минимум среднее специальное образование.

Как правило, имеется прямая корреляция между невысоким образователь­ным уровнем в целом и профессиональной занятостью больных с зависимостью от психоактивных веществ. Эти лица не удерживаются длительное время на од­ном и том же месте работы, часто его меняют, получают административные взыскания, увольняются за грубые и повторные нарушения трудовой дисцип­лины, уклоняются от общественно-полезного труда.

Особенности взаимоотношений в семье имеют важное значение для трудо­вой и социальной адаптации индивида. Отсутствие супруги, равнодушное или пассивное отношение родственников к проблемам больного, как правило, кор­релируют с его выраженной социально-трудовой дезадаптацией.

Нередко больные наркологическими заболеваниями сами являются причи­ной конфликтной и психологически напряженной ситуации в семье. Конфлик­ты могут быть связаны с неадекватной самооценкой и эгоцентризмом, недо­вольством по поводу материальной зависимости от родителей, неприятием, а подчас просто непониманием системы ценностей окружающих. Большую часть времени эти лица проводят среди знакомых и малознакомых людей, домой при­ходят только ночевать, формирование их поведенческих стереотипов и соци­ально-нравственных позиций происходит под влиянием внесемейного окруже­ния при минимальной роли внутрисемейных традиций и социально-нравствен­ных установок.

В период приобщения к злоупотреблению психоактивными веществами, так же как и на всех последующих этапах развития зависимости, огромное зна­чение имеет влияние сверстников, злоупотребляющих наркотиками. По мне­нию A. Zucker, R. Nolle (1987), за период с первых дней поступления в школу вплоть до ее окончания влияние сверстников на поведение подростков увели­чивается в пять раз, но не менее сильным остается и влияние родителей. По мнению этих авторов, по значимости влияния на психологию и соответственно поведение подростков имеют родители, затем индивидуальные особенности, ценностные ориентации и лишь на последнем месте — сверстники. М.Н. Ар­маш (1985), напротив, отдает первенство влиянию сверстников, отмечая, что лица, злоупотребляющие с раннего возраста наркотиками, склонны дружить с теми, кто не ладит с родителями.

Приобщение подростков к группе асоциальной направленности бывает свя­зано не только с ситуационными факторами, но и с особенностями подростковой психики: активная познавательная деятельность, стремление к независимости и «повзрослению». В такой компании подростков привлекает проповедующаяся морально-нравственная установка на вседозволенность. Наркотическое средство, попадая в такую микрогруппу, становится предметом повышенного внимания, интереса, а затем — потребности. По мнению И.В. Орловой (1990), неправильно думать, что в этих случаях изначально выбирается наркотическое вещество. Вы­бирается микрогруппа, где основным связующим элементом общения может стать или является любое психоактивное средство.

Микрогруппа оказывает определенное воздействие на попавшего в нее ин­дивида. При поддержке и с согласия со стороны единомышленников появляют­ся и закрепляются новые формы социальной активности, в том числе и девиант-ной, заимствуются стереотипы поведения лидеров микрогруппы, которые и становятся образцом для подражания. Наряду с этим и когнитивно-личностные потребности в одобрении, признательности, подтверждении, принятии, соци­альной защите начинают определяться только внутригрупповыми установками, социально-нравственные позиции формируются либо деформируются в соот­ветствии с нормами данной неформальной группы. Индивид попадает в соци­ально-психологическую зависимость от группы, чаще всего не осознавая и не понимая, насколько она значима для него. Даже при отсутствии явлений истин­ной зависимости формируется особый стиль жизни, делается предпочтитель­ный выбор препарата, отношение к психоактивному веществу приобретает сверхценный характер с формированием психологической привязанности. От­мечается психогенное формирование симптомов групповой психологической зависимости с утратой контроля над дозой употребляемого вещества и взаимным индуцированием симптомов, имитирующих начальные биологические проявления заболевания.

Некоторые авторы, описывая данные механизмы появления зависимости к различным ПАВ, соотносят их с определенным этапом развития нарко- либо токсикомании, предшествующим формированию феномена психической зави­симости и предваряющим собой развитие биологической зависимости, и опреде­ляют его как стадию «групповой зависимости» [Строганов Ю.А., Капанадзе В.Г., 1978] либо «социальной зависимости» [Орлова И.В., 1990].

Как известно, не все лица, случайно попробовавшие наркотическое вещест­во, прибегают к повторному его употреблению. И дело здесь не только в биоло­гических особенностях личности, ее потребностно-мотивационной сфере, но и в значительной степени в особенностях внешнего реагирования на эпизоды первого и, как правило, случайного факта употребления. Уже на начальных эта­пах наркотизации, сразу же с момента ее легализации эти лица становятся на учет к наркологу либо в инспекцию по делам несовершеннолетних, подверга­ются моральной депривации со стороны окружающих и в семье. Такие меры воспитательного воздействия неизбежно формируют установку индивида по отношению к собственному «я» и вызывают обратную воспитательному воз­действию реакцию: они не только не прекращают, но продолжают злоупотреб­лять наркотическими средствами с еще большей интенсивностью, вызывая тем самым углубление конфликта с социально-ориентированным окружением. Единственной средой, готовой поддержать и понять данного индивида, являет­ся среда асоциальных личностей, девиантный круг. Именно здесь происходит идентификация лица, еще эпизодически употребляющего наркотические ве­щества, с ролью девиантного или наркотизирующегося человека, и это уже оп­ределяет последующий стиль жизни. Данный механизм развития наркотизации от стадии эпизодического потребления до систематического с последующим формированием биологической зависимости является наиболее частым среди других, которые уже не имеют такой жесткой привязанности к социально-пси­хологическим факторам.

Принадлежность к референтной группе играет существенную роль в форми­ровании психологического комфорта характерологически уязвимой личности, придавая ей чувство уверенности в себе и создавая условия для самоактуализа­ции. Реакция группирования в данном случае является не специфическим свойст­вом данного контингента лиц, а универсальной формой социально-психологи­ческой адаптации в подростковом и юношеском возрасте [Ковалев В.В., 1979, 1985; Личко А.Е., 1985]. Большинство отютонений от социальной нормы у таких лиц на этапе приобщения к злоупотреблению психоактивным средством являет­ся не столько проявлением индивидуальных девиантных форм поведения, сколь­ко заимствованным стереотипом поведения, приобретенным во взаимодействии с лицами, которые являлись образцами для подражания [Орлова И.В., 1990].

Многообразие различных социальных факторов, принимающих участие в процессе приобщения и привыкания к психоактивному средству, нередко под­разделяют на первичные и вторичные, основные и косвенные. К первым обычно относят нарушения в системе отношений «родители — ребенок», а ко вторым — социальный опыт самого индивида. Проведенные в нашей стране многофактор­ные исследования лиц, злоупотребляющих наркотическими средствами и стра­дающих наркоманией, основанные на диалектическом принципе единства био­логического и социального в процессе формирования человеческой психики, показали, что с возрастом увеличивается роль социальных факторов по отноше­нию к биологическим [Копыт Н.Я., Сидоров П.И., 1986; Гурьева В.А. и соавт., 1987]. На выраженную полиэтиологичность различных нарушений поведения указывают и зарубежные авторы, которые подчеркивают, что помимо врожден­ных конституциональных предпосылок большую роль играют приобретенные личностные свойства, связанные с влиянием социально-психологических фак­торов. Е. Кречмер (1927) отмечал, что многообразные формы человеческого по­ведения в своей основе имеют инстинктивный компонент, получаемый наследст­венно, а способ его реализации «варьирует сообразно интеллекту».

В литературе опубликованы данные о частом сочетании различных видов зависимости от психоактивных веществ с девиантными формами поведения в анамнезе. По данным В.А. Гурьевой и соавт. (1987), нарушения влечений редко ограничиваются одним вариантом. В 65% случаев, по их мнению, отмечается сочетание различных вариантов патологических влечений или их последова­тельная смена. Л.С. Рычкова и А.Л. Саменков (1990) отмечают, что формирова­ние токсикомании в большинстве случаев связано с такой формой нарушенного поведения, как синдром ухода из дома и бродяжничество.

Понятие девиантного поведения является социально-психологическим и обозначает различные отклонения от поведенческой модели, принятой в конк­ретном обществе. По мнению А.Г. Амбрумовой и Л .Я. Жезловой (1990), это неже­лательное или опасное для общества отклонение поведения от принятых соци­альных норм. Выделяются следующие типы девиантного поведения: антидис­циплинарный, асоциальный (антиобщественный), антисоциальный, аутоагрессивный. К первому типу относятся различные нарушения дисциплины, принятые в различных учебных и воспитательных учреждениях. Под асоциальным понимаются морально осуждаемые, но не противоправные поступки (отказ от учебы, употребление алкоголя, бродяжничество, тунеядство, сексуальная распущен­ность). К третьему типу относят противоправные деяния, к четвертому — нанесе­ние самоповреждений, суицидальные тенденции и поступки.

По нашим данным, полученным при обследовании 365 больных героиновой наркоманией, до начала злоупотребления наркотическими средствами у 73,5% обследованных в детском и подростковом возрасте отмечались различные дис­циплинарные нарушения (побеги из дома, нарушение школьной дисциплины, конфликты с окружающими). Из них 137 человек за нарушение правопорядка состояли на учете в инспекции по делам несовершеннолетних, 3,6% обследо­ванных оставили обучение в школе, не окончив даже восьми классов, в 7,4% случаев наблюдался отказ от продолжения обучения в ПТУ или других средних специальных учебных заведениях, в 13,7% в анамнезе отмечалось бродяжниче­ство, в 58,3% — эпизодическое употребление спиртных напитков. Клинических признаков алкогольной зависимости у них не наблюдалось, в связи с чем упот­ребление спиртных напитков в этих случаях рассматривалось как вариант деви­антного поведения. У 28,3% больных наблюдалось раннее начало половой жиз­ни (с 14—15 лет) с беспорядочными и случайными сексуальными контактами; 6,8% обследованных до начала злоупотребления наркотическими средствами привлекались к уголовной ответственности за совершение различных противо­правных действий, в 24,3% случаев совершение противоправных поступков (мелкие кражи, хулиганство, нанесение менее тяжких телесных повреждений и т. д.) не констатировалось органими правопорядка. У 3,3% больных в анамне­зе — суицидальные мысли и тенденции. В 47,3% случаев отмечалось сочетание различных форм девиантного поведения.

Таким образом, различные формы девиантного поведения оказываются ха­рактерными для лиц, у которых в последующем развилась наркомания. Это позволяет предположить, что для возникновения разнообразных форм девиантной активности, в том числе и для злоупотребления наркотическими средства­ми, необходимы единые условия и биологические предпосылки, поэтому все лица с различными формами нарушенного поведения могут быть отнесены к группе риска по наркомании.

Кроме этого, приведенные данные свидетельствуют: широко распростра­ненное мнение, что наркомании наряду с другими видами химической зависи­мости являются частой причиной асоциальных и криминальных действий, не совсем верное. Как одна из форм девиантного поведения злоупотребление нар­котическими средствами часто отмечается у лиц, склонных к различным пове­денческим девиациям, в том числе и криминальным, следовательно, наркома­нию нельзя расценивать как исключительно криминогенный фактор. Это под­тверждают и исследования, проведенные в судебно-психиатрической клинике [ЦубераА., 1992].

Немаловажное значение для приобщения к злоупотреблению психоактив­ными веществами, так же как и для последующего развития биологической за­висимости, имеет возраст приобщения к злоупотреблению психоактивными средствами, поскольку ранний возраст начала злоупотребления наркотиками обусловливает неблагоприятное последующее течение зависимости, ее более прогредиентный характер [Джамалян СВ., Оганесян Н.В., 1987; Врублевский А.Г. и соавт., 1988; Рохлина Л.М. и соавт., 1988]. В этих случаях наблюдается задерж­ка развития социальных и трудовых навыков, представлений о моральных и со­циальных требованиях. Они остаются стереотипными и недоразвитыми, укреп­ляется отношение к себе как к особому существу, на которое не распространя­ются общие законы.

По различным эпидемиологическим данным, пик начала злоупотребления веществами психоактивного действия приходится на пубертатный возраст, что связано помимо всего прочего с психологическими особенностями данного возрастного периода (активная познавательная деятельность, выраженная тен­денция к «повзрослению», недостаточная социально-правовая образованность). В связи с этим именно в этой возрастной группе необходимо применять актив­ные меры воспитательного и образовательного характера.

Общеизвестно, что пубертатный криз является самым значительным и от­ветственным этапом онтогенеза, когда наблюдается бурное половое и психи­ческое созревание. В результате интенсивного, но неравномерного созревания разных функциональных систем организма возникает повышенная реактив­ность и хрупкость нервно-психической организации [Сухарева Г.Е., 1959; Ле­бединская К.С., 1974; Ковалев В.В., 1979]. Этот возрастной период часто свя­зывают с негативным характером развития, со склонностью к девиантному поведению, в частности, к наркотизации. По мнению Л.С. Выготского, в этот период, в отличие от стабильных этапов онтогенеза, процесс развития теряет свое прогрессивное качество, приводя скорее к разрушительным, чем к созида­тельным результатам; на первый план выходят процессы распада личностной структуры, которая сформировалась на предыдущих этапах. В такие периоды подростки выходят из-под контроля взрослых, их поведение определяется та­кими поведенческими реакциями, как реакция эмансипации, группирования, что не может не отразиться при прочих условиях на легком возникновении делинквентных форм поведения и на процессе приобщения к злоупотреблению психоактивными средствами как одно из его проявлений.

Эти данные можно интерпретировать с позиции концепции заболеваний, связанных с зависимостью, как одного из проявлений социально-психологи­ческой дезадаптации личности.

Таким образом, вопросы социального функционирования и качества жизни лиц с поведенческими и психическими расстройствами, связанными со зло­употреблением психоактивными веществами, являются основными для пони­мания причин развития и типа динамики данной формы психической патоло­гии и должны учитываться при проведении психофармакотерапии и психотера­певтической коррекции этих больных.

 

Литература

Агафонов С.Н. Совершение больным шизофренией агрессивных общественно опасных действий и роль в этом проблем качества жизни //Российский психиатри­ческий журнал. — 2001. — № 3. — С. 34-38.

Александровский Ю.А. Пограничная психиатрия и современные социальные про­блемы. — Ростов-на-Дону: Феникс, 1996. — 112 с.

Александровский Ю.А. Пограничные психические расстройства. Руководство для врачей. — М.: Медицина, 1997. — 570 с.

Алтухов Н.И., Галкин К.Ю. Зависимость от компьютерной виртуальной реально­сти //Материалы XIII съезда психиатров России. — М., 2000. — С. 285-286.

Антонян Ю.М., Верещагин В.А. Состояние насильственной преступности в Рос­сии // Агрессия и психическое здоровье /Под ред. Т.Б. Дмитриевой, Б.В. Шостакови­ча. — СПб.: Юридический центр Пресс, 2002. — С. 23-33.

Арманд М.Н. Устрашающая эпидемия наркомании //Вопросы развития здравоох­ранения. - Женева. - ВОЗ, 1985. - Т. 5. - № 2. - С. 42-48.

БаркерА. (Barker А.) Новые религиозные движения. — СПб.: РХГИ, 1997. — 282 с.

Бауэр М. (Bauer М.) Психические заболевания у иностранцев в Германии //Куль-туральные и этнические проблемы психического здоровья. — М., 1995. — С. 93—100.

Белов В.П. Врачебно-трудовая экспертиза в системе реабилитации психически больных //Материалы VI Всесоюзного съезда невропатологов и психиатров. Том 1. — М., 1975.-С. 16-20.

Бехтель Э.Е. Донозологические формы злоупотребления алкоголем. — М.: Меди­цина, 1986.-272 с.

Битенский B.C., Херсонский Б.Г., Дворяк СВ., Глушков В.А. Наркомании у подрост­ков. — Киев: Здоровья, 1989. — 211 с.

Бондарев Н.В. Взаимодействие службы психического здоровья с лечебно-профи­лактическими учреждениями в оказании помощи пострадавшим от деятельности религиозных деструктивных культов//Материалы конференции «Психиатрия консуль­тирования и взаимодействия — 2004», ч. 1. — СПб.: СПбГМУ, 2004. — С. 9-11.

Бондарев Н.В. Феноменологический полиморфизм при психических расстройст­вах у последователей тоталитарных сект, формирующий риск агрессивного поведения //Практика судебно-психиатрической экспертизы: сборник № 41. — М.: ГНЦ ССП им. В.П. Сербского, 2003. - С. 303-317.

Братусь Б. С. К проблеме человека в психологии //Вопросы психологии. — 1997. — № 5. - С. 32-38.

Бурова В.А.. Есаулов В.И. Механизмы формирования интернет-зависимости //Ма­териалы XIII съезда психиатров России. — М., 2000. — С. 290—291.

Бухановскш А.О., Бухановская А.О., Шостакович Б.В. Психические расстройства у серийных сексуальных преступников. — Ростов-на-Дону: Феникс, 2003. — 72 с.

Бьюдженталь Д. Искусство психотерапевта. — СПб.: Питер, 2001. — 304 с.

ВОЗ. Охрана психического здоровья на первичном уровне. Отчет о совещании ВОЗ.-1986.-94 с.

ВОЗ. Предупреждение инвалидности и реабилитация. Серия технических докла­дов, № 668. - Женева, 1983. - С. 8.

Войскунский А.Е. Актуальные проблемы зависимости от Интернета //Психологи­ческий журнал. — 2004. — Т. 25. - № 1. — С. 90-100.

Волков Е.Н. Основные модели контроля сознания (реформирования мышле­ния) //Журнал практического психолога. — 1996. — № 5. — С. 86—95.

Волков Е.Н. Преступный вызов практической психологии: феномен деструктив­ных культов и контроль сознания (введение в проблему) //Журнал практического психолога. - 1996. — № 2. — С. 87-93.

Воловик В.М., Вид В.Д. Психологическая защита как механизм компенсации и ее значение в психотерапии больных шизофренией //Психологические проблемы пси­хогигиены, психопрофилактики и медицинской деонтологии. — Л., 1976. — С. 26—28.

Врублевский А.Г., Рохлина М.Л., Власова И. Б.и др. Медико-социальный прогноз не­которых форм наркоманий //Вопросы наркологии. — 1988. — № 3. — С. 38-42.

Габиани А.А. Наркомания: горькие плоды сладкой жизни //Социологические ис­следования. — 1987. - № 1. - С. 48-53.

Ганнушкин П.Б. Об одной из форм нажитой психической инвалидности //Труды психиатр, клиники «Девичье поле». — М., 1927. — Вып. 2. — С. 52—59.

Гейер Т.А. Трудоспособность при шизофрении //Современные проблемы медици­ны. - М., 1933.-С. 106-110.

Гоголева А.В. Аддиктивное поведение и его профилактика. — М.: Моск. псих.-соц. ин-т; Воронеж: НПО МОДЭК. - 2002. - 240 с.

Головаха Е.И., Панина Н.В. Социальное безумие: история, теория и современная практика. — К.: Абрис, 1994. — 168 с.

Грачев Н. В. Личность и общество: информационно-психологическая безопасность и психологическая защита. — М.: PER SE, 2003. — 304 с.

Греблиовский М.Я. Трудовая терапия психически больных (развитие, состояние, перспективы). — М.: Медицина, 1966. — 312 с.

Гурович И.Я., Шашкова Н.Г., Висневская Л.Я., Худавердиев В.В. Особенности кли­ники и социальной адаптации больных шизофренией на этапе стабилизации (по ма­териалам амбулаторной практики) //Шизофрения и расстройства шизофренического спектра. - М., 1999. - С. 77-96.

Гурьева В.А., Морозова И.Г., Кузнецов И.В. Расстройства влечений в подростковом возрасте //Журн. невропатол. и психиатр. — 1989. — Вып. 8. — С. 95—100.

Гурьева Л.П. Психологические последствия компьютеризации: функциональный, онтогенетический и исторический аспекты //Вопросы психологии. — 1993. — № 3. — С. 5-16.

Дмитриева Т.Е., Василевский В.Г., Фастовцов ГА. Транзиторные психотические состояния у комбатантов, страдающих посттравматическим стрессовым расстрой­ством (судебно-психиатрический аспект) //Российский психиатрический журнал. — 2003. - № 3. - С. 38-42.­

Дмитриева Т.Е., Положий Б.С. Социальная психиатрия: современные представ­ления и перспективы развития //Обозр. психиатр, и мед. психол. им. В.М. Бехтере­ва. - 1994. - № 2. - С. 39-49.

Дмитриева Т.Б., Положий Б. С. Этнокультуральная психиатрия. — М.: Медицина, 2003. - 448 с.

Друзь В.Ф., Олейникова И.Н. Социальное функционирование и качество жизни одиноких пожилых больных шизофренией //Шизофрения и расстройства шизофре­нического спектра. — М., 1999. — С. 257—260.

Егоров А. Ю. Нехимические (поведенческие) аддикции //Аддиктология. — 2005. — № 1. - С. 65-77.

Жариков Н.М. Эпидемиологические исследования в психиатрии. — М.: Медици­на, 1977. - 135 с.

Жаринов К.В. Терроризм и террористы: Справочник. — Минск: Харвест, 1999. — 606 с.

Заиграев ГГ. Государственная политика как фактор алкоголизации населения // Социологические исследования. — 1997. — № 4. — С. 109—116.

Зайцев В.В., Шайдулина А.Ф. Как избавиться от пристрастия к азартным играм. — СПб.: Нева, 2003. - 128 с.

Залкинд И.А. Психогенные и соматические факторы в патогенезе паранойяльно-депрессивных реакций, возникающих у военнослужащих в условиях современной войны //Проблемы психиатрии и невропатологии. — Уфа, 1944. — Вып. 5. — С. 238— 254.

Зимбардо Ф., Андерсен С. Понимание контроля сознания: экзотические и обыден­ные психологические манипуляции //Журнал практического психолога. — 2000. — № 1-2.-С. 8-34.

Иванец Н.Н. Медико-социальные проблемы наркологии и пути их решения // Вопросы, наркологии. — 1997. — № 4. — С. 4-10. КабанесЛ. Революционный невроз. — СПб., 1906.

Кабанов М.М. Психиатрия и общество //Социальная психиатрия: фундаменталь­ные и прикладные исследования. — Л., 1990. — С. 15—24.

Кабанов М.М. Реабилитация психически больных в меняющемся мире //Обоз­рение психиатрии и медицинской психологии им. Бехтерева. — 1995.— № 3-4.— С. 175-182.

Кабанов М.М. Реабилитация психически больных. — Л.: Медицина, 1978. — 232 с.

Кабанов М.М., Свердлов Л. С. Проблемы отечественной психиатрии в контексте современного социального развития //Социальная и клиническая психиатрия. — 1992.-№ 1.-С. 56-62.

Казаковцев Б.А. Состояние и перспективы развития психиатрической помощи в России //Материалы Международной конференции психиатров, Москва, 16-18 февраля 1998 г. - М., 1998. - С. 15-22.

Киндрас Т.П. Новое в теории и практике врачебно-трудовой экспертизы //Соци­альная и клиническая психиатрия. — 1998. — Т. 8. — Вып. 2. — С. 31-34.

Ковалев В.В. Психиатрия детского возраста (Руководство для врачей). — М.: Ме­дицина, 1979. — 607 с.

Кондратьев Ф.В. Психолого-психиатрические аспекты проблемы сектантства // Международная научно-практическая конференция «Тоталитарные секты — угроза XXI века». - Н.-Новгород, 2001. - С. 47-57.

Кондратьев Ф.В., Бондарев Н.В. Формирование зависимого расстройства личнос­ти у вовлеченных в деструктивные религиозные секты //Судебная психиатрия. Рас­стройства личности. — Вып. 3. — М., 2006. — С. 121—130.

Копыт Н.Я., Сидоров ПИ. Профилактика алкоголизма. — М.: Медицина, 1986. — 240 с.

Короленко Ц.П. Теоретико-методологические основы транскультуральных иссле­дований психического здоровья //Социокультуральные проблемы современной пси­хиатрии. - М., 1994. - С. 63-67.

Коркина М.В., Цивилько М.А., Мартов В.В. Нервная анорексия. — М.: Медицина, 1986.-256 с.

Красик Е.Д. Предпосылки и перспективы развития реабилитационного направле­ния в психиатрии //Реабилитация больных нервными и психическими заболевания­ми.-Л., 1973.-С. 39-41.

Красик Е.Д. Психическое здоровье общества и реабилитация психически боль­ных //Социальная и клиническая психиатрия. — 1992. — № 1. — С. 63-67.

Краснов В.Н. Экологическая психиатрия: методология, предмет исследования и ближайшие практические задачи //Материалы ХП съезда психиатров России. — М., 1995.-С. 158-160.

Купце Г. (Kunze Н.) Этнические аспекты психиатрической помощи в общинной психиатрии //Культуральные и этнические проблемы психического здоровья. — М., 1995.-С. 109-112.

Кьеркегор С. Страх и трепет. — М.: Республика, 1993. — 383 с.

Лисицын Ю.П., Сидоров П.И. Алкоголизм: Руководство для врачей. — М.: Медици­на, 1990. - 526 с.

ЛткоА.Е. Подростковая психиатрия. — Л.: Медицина, 1985. — 416 с.

Мелехов Д.Е. Клинические предпосылки социальной реабилитации психически больных //Социальная и клиническая психиатрия. — 1992. — № 1. — С. 50-55.

Новые религиозные организации России деструктивного, оккультного и неоязы­ческого характера: Справочник. Т. 1—2. — М., 1999.

Орел Н.А. Психологические механизмы влияния тоталитарных групп на личность: профилактика и преодоление зависимости //Контроль сознания и методы подавле­ния личности: Хрестоматия. — Минск, 2001. — С. 413—443.

Орлова И.В. Роль «социальной зависимости» в становлении наркоманий и ток­сикомании в подростковом возрасте //Проблемы наркологии-90. — М., 1990. — С. 124-1237.

Осипов В. П. О политических, или революционных психозах. — Казань, 1910.

Пасынкова Ю.Г. Стигматизация больных шизофренией городским населением (клинико-социологическое исследование) //Автореф. дисс. ... канд мед. наук. — М., 2006. - 28 с.

Позднякова М.Е. Наркология как социальная проблема //Россия: риски и опас­ности «переходного» общества: Сб. научных трудов. — М., 2000. — С. 106—130.

Полшцук Ю.И. Психические расстройства, возникающие у людей, вовлеченных в деструктивные религиозные секты //Обозрение психиатрии и мед. психологии им. В.М. Бехтерева. - 1995. - № 1. - С. 14-20.

Положая З.Б. Клинико-эпидемиологическая характеристика психически боль­ных, совершивших общественно опасные действия в разные периоды развития обще­ства //Автореф.... дисс. канд. мед. наук. — М., 1999. — 26 с.

Положий Б.С. Клиническая суицидология. Этнокультуральные аспекты. — М.: РИО ФГУ «ГНЦ ССП им. В.П. Сербского», 2006. - 207 с.

Положий Б.С. Культуральная психиатрия: взгляд на проблему //Рос. психиатр, журнал. - 1997. - № 3. - С. 5-10.

Положий Б.С. Стрессы социальных изменений и расстройства психического здо­ровья //Обозр. психиатр, и мед. психол. им. В.М. Бехтерева. — 1996. — № 2. — С. 136— 143.

Постное В.В., Дереча В.А. Духовный поиск как вариант нехимической аддикции у больных алкоголизмом в ремиссии /Под общ. ред. проф. В.Д. Менделевича //Новые методы лечения и реабилитации в наркологии (заместительная терапия, психофарма­котерапия, психотерапия). — Казань, 2004. — С. 287—291.

Психическое здоровье: новое понимание, новая надежда//Доклад ВОЗ о состоянии здравоохранения в мире. — 2001. — 215 с.

Разводовский Ю.Э. Кросс-культуральные аспекты формирования алкогольной за­висимости //Социальная и клиническая психиатрия. — 2003. — № 1. — С. 111-114.

Ратинов А.Р., Ситковская О.Д. Насилие, агрессия, жестокость как объекты кри­минально-психологического исследования //Насилие, агрессия, жестокость. — М., 1990.-С. 4-15.

Розова М. С, Киндрас Г. П. Итоги реабилитации инвалидов вследствие психических заболеваний и перспективы развития ее научных и организационных основ //Сб. на­учи, трудов Ленинградского НИИ им. В.М.Бехтерева. Том III. — Л., 1985. — С. 44—47.

Румянцева Г. М. и др. Профилактика пограничных нервно-психических расстройств у рабочих промышленных предприятий /Материалы 8-го Всесоюзного съезда невро­патологов и психиатров. Том 3. — М., 1988. — С. 206—209.

Рыбаков Ф.Е. Душевные расстройства в связи с последними политическими собы­тиями. — М., 1906. — 22 с.

Семичов Б.В. Элемент сознания (по палийским первоисточникам) //Матер, по ис­тории и философии Центральной Азии. — Улан-Удэ. — 1968. — Вып. 3. — С. 22-23.

Семке В.Я. Экологическая психиатрия: настоящее и будущее //Социальная и кли­ническая психиатрия. Т. 2. — 1992. — Вып. 3. — С. 5—13.

Семке В.Я., Бохан Н.А., Галактионов O.K. Очерки этнопсихологии и этнопсихоте-рапии. — Томск, 1999. — 158 с.

Сидоров П.И. Психический терроризм — нелетальное оружие массового пораже­ния //Российский психиатрический журнал. — 2005. — № 3. — С. 28-34.

Сидоров П.И. Психическое здоровье населения и стратегии развития психиатрии Востока и Запада //Экология человека. — 2001. — № 4. — С. 8—12.

Скляр Н.М. О влиянии текущих политических событий на душевные заболева ния //Русский врач. — 1906. — № 8. - С. 19-27.

Снедков Е.В. Психогенные реакции боевой обстановки (клинико-динамическо< исследование на материале афганской войны) //Дис. ... канд. мед. наук. — СПб. 1992.-325 с.

Солохина Т.А., Рошштейн В.Г., Ястребов B.C. Качество жизни потребителей пси хиатрической помощи //Шизофрения и расстройства шизофренического спектра. -М, 1999.-С. 206-220.

Сухарева Г.Е. Клинические лекции по психиатрии детского возраста. — М.: Мед гиз, 1959.-Т. 2.-406с.

ТрубецковД.И. Введение в синергетику. Хаос и структуры. — М.: Едиторная УРСС 2004. - 240 с.

Фастовцов Г.А., Василевский В.Г. Клиническое своеобразие патологического раз вития личности у комбатантов //Судебная психиатрия. Расстройства личности /По; редакцией академика РАМН Т.Б. Дмитриевой. — М.: ФГУ ГНЦ ССП Росздрава 2006.-Вып. З.-С. 195-210.

Фастовцов Г.А., Резник A.M., Савина О.Ф., Василевский В.Г. Личностные особен ности участников локальных войн// Научные труды ГИУВ МО РФ. — № 3. — М.: Го сударственный институт усовершенствования врачей МО РФ, 2005. — С. 98—99.

Фаустова Э. Религиозность студентов и наркомания //Высшее образование в Рос сии. - 2001. — № 1. - С. 95-99.

Франка В. (Frankl V.) Человек в поисках смысла. — М.: Прогресс, 1990. — 368 с.

Фрейд 3. (Freud S.) Введение в психоанализ: Лекции. — М.: СТД, 1991. — 624 с.

Фромм Э. (Fromm Е.) Бегство от свободы / Пер. с англ. — М.: Харвест ТОО. -1992.-384 с.

Фромм Э. {Fromm Е.) Здоровое общество // Психоанализ и культура: Избранны» труды Карен Хорни и Эриха Фромма. — М.: Юрист, 1995. — С. 275—565.

Хассен С. (Hassen S.) Освобождение от психологического насилия. Деструктивны! культы: контроль сознания, методы помощи. — СПб.: Нева, 2001. — 400 с.

Чуркин А.А. Основные тенденции распространенности шизофрении в современ ном мире //Шизофрения и расстройства шизофренического спектра. — М., 1999. -С. 183-196.

Чуркин А.А., Творогова Н.А. Психиатрическая помощь населению Российской Фе дерации в 2005 году. - М.: РИО ГНЦ ССП им. В.П. Сербского, 2006. - 27 с.

Шмуклер А. Б. Проблема использования понятия «качество жизни» в психиатрии / Социальная и клиническая психиатрия. — 1996. — Т. 6. — Вып. 1. — С. 100—104.

Юрьева Л.Н. История. Культура. Психические и поведенческие расстройства. -К.: Сфера, 2002.-314 с.

Ясперс К. {.Jaspers К.) Смысл и назначение истории. — М.: Республика, 1994. — 528 с.

Ястребов B.C. Терроризм и психическое здоровье //Журнал невропатологи! и психиатрии им. С.С. Корсакова. — 2004. — № 6. — С. 4—8.

Яхин К. К. Экологическая производственная среда и пограничная психиатрия / Клинические и организационные вопросы пограничной психиатрии. — М.; Ставро поль, 1994.-С. 271-274.

AdlerP. Т. Mental health promotion and the CM HC: opportunities and obstacles//Menta health promotion and primary prevention /Ed. by Permutter F.D. — San Francisco-Wash ington-London. — 1982. — P. 45-56.

Alexander J. Future War. Non-Lethal weapons in 21st century warfare /J. Alexander. — New York: St. Martins Press, 1999.

Ammon G. Handbuch der dynamischen Psychiatric — Muenchen, 1982. — 967 p.

Arthur R.J. Social psychiatry, an owerview //Amer. J. Psychiat. — 1973. — Vol. 130. — № 8. -P. 841-844.

Baasher Т., Elhakim A.S., FawalK. etal. On vagrancy and psychosis //Community Ment. Health J. - 1983.-Vol. 19. -№ l.-P. 27-41.

Bailey W. Less-than-Lethal Weapons and Police-Citizen Killings in US Urban Areas/W. Bailey //Crime and Delinquency. - 1996. - Vol. 42. - № 4. - P. 535-552.

Bayanzadeh S.A. A stady of the quality of life of out-patients schizoprrenics //5-th World Congress on innovations in psychiatry. — London, 1998. — P. 31.

Benedetti G, Bleuler M., King H., Mielke F. Entwicklung der Schizophrenielchre selt 1941 //Benno Schwebe. — Basel-Stuttgart, 1960.

Benedict R. Patterns of Culture. — Boston; N.Y., 1934.

Benum К et al. Social network stimulation. Health promotion in a high risk group of middle-aged women //Acta Psychiat. Scand. — 1987. — Vol. 76. — № 337. — P. 33-41.

Bisson J.I. Automatism and post-traumatic stress disorder //Br. J. Psychiatry. — 1993. — № 163. - P. 830-832.

Black D.W. Compulsive buying: A review //J. CI. Psychiatry. — 1970.— Vol. 57.— P. 365-369.

Bleuler M. A 23-year longitudinal study of 208 schizophrenic and impression in regard to the nature of schizophrenia. In Rosenthal D., Kety S. The transmission of schizophrennia. — Oxford, 1968. - P. 3-8.

Caplan G. An approach to community mental health. — N.Y.: Grune and Stratton. — 1961.

Cekiera C. Psychoprofilaktyka uzaleznien oraz terapia I resocjalizajia osob uzaleznionych. — Lublin: TNPWN, 1994.

Clement M. V., Kohl L., Beau C.H. A supporting group for schizophrenic patients //5-th World Congress on innovations in psychiatry. — London, 1998. — P. 76.

Cochrane R., Bal S.S. Migration and schizophrenia of fife hypothes //Soc. Psychiatry. — 1987.-Vol. 22.-№4.-P. 181-191.

Congress on innovations in psychiatry. — London, 1998.

ConnaughtonJ.P. Psychiatry. Preventing phisical and mental disabilities. Multidisciplinary approaches/Ed. by Valentutti P.J., Christoplos F. — Baltimore, 1979. — P. 293-323.

Creenblatt V., Becerra R.M., Serafetinides E.A. Social networks and mental health: An overview //Amer. J. Psychiatr. — 1982. — Vol. 139. - № 8. — P. 977-984.

Custer R.L. Profile of pathological gambler //J. Clin. Psychiatry. — 1984 Dec. — Vol. 45. - № 12. - Pt 2. - P. 35-38.

DeJongA., Giel R., Slooff C.J., Viersma D. Social disability and outcome in schizophrenic patients//Brit. J. Psychiatry. - 1985. - Vol. 147.-№2. - P. 631-636.

Desjarlais R., Eisenberg L., Good В., Kleinman A. World mental Health: Problems and Priorities in Low-Income Countries. — N.Y., Oxford: Oxford University Press, 1995. — 505 p.

Durodie B. Resilience or panic? /В. Durodie, S. Wessely//Lancet. — 2002. — Vol. 360. — P. 1901-1902.

Engel G. L. The clinical application of the biopsychosocial model // Am. J. Psychiatry. — 1980. - Vol. 137. - P. 535-544.

Esser R. Seaching for prevention //Acta Psychiat. Scand. — 1987. — Vol. 76, Suppl. — № 337. - P. 64-82.

Etzion D. Moderating effect of social support on the stress-burnout relationship //J. Suppl. Psychol. - 1984. - Vol. 69. - № 4. - P. 615-622.

Faber R.L., O"Guinn T.C. A clinical screener for compulsivie buying //J. Consumer Res. - 1992. - Vol. 19. - P. 459-469.

Fisher S. Identifing video game addiction in children and adolescents //Addictive Behaviors. - 1994. - Vol. 19. - № 5. - P. 545-553.

Frank M. H. Cults: Forensic and Therapeutic Aspects //Behavioral Sciences and the Law. - 1992. - № 10. - P. 31-37.

FunkA.G., Wise G.M. Anomie, powerlessness and exchange: Parallel sources of deviance // Deviant behavior. - 1989. - Vol. 10 (1). - P. 53-60.

Funk A.G., Wise G.M. Anomie, powerlessness and exchange: Parallel sources of deviance // Deviant behavior. - 1989. - Vol. 10 (1). - P. 53-60.

Funk AG., Wise G.M. Anomie, powerlessness and exchange: Parallel sources of deviance // Deviant behavior. - 1989. - Vol. 10 (1). - P. 53-60.

Fusilier M.R. et al. The social support and health relationship: is there a gender difference? // J. Occupat. Psychol. - 1986. - Vol. 59. - № 2. - P. 145-153.

Galanter M. Cults and zealous self-help movements: A psychiatric perspective. American Journal of Psychiatry. - 1990. - № 147. - P. 543-551.

Greenley J.R. Social factors mental illness, and psyciatric care: Recent advances from a so­ciological perspective. //Hosp. Commun. Psychiat. — 1984. — Vol. 35. — № 8. — P. 813-819.

Griffiths M.D. Exercise addiction: a case study //Addiction Research. — 1997. — Vol. 5. - № 2. - P. 161-168.

Griffiths M.D. Internet addiction — time to be taken seriously? //Addiction Research. — 2000. Oct. - Vol. 8. - № 5. - P. 413-419.

Griffiths M.D. Technological addictions //Clinical Psychology Forum. — 1995. — Vol. 76.-P. 14-19.

Hawaii D. Is knowledge of religion necessory for psychiatrist? //5-th World Congress on Innovations in psychiatry. — London, 1998. — P. 53.

Jellinek E.M. The disease concept of alcoholism. — New Haven: College and University Press, 1960. - 260 p.

Johnson W.David. Constructive peer relationships social developments and cooperative learning experienses: implications for the prevention of drug abuse //Drug Abuse Found. Psychosoc. Approach. — New-York, 1984. — P. 24-41.

Joung J.L., Griffith E.E.H. Psychiatric consultation in catolic annulment proceedings // Hosp. Commun. Psychiat. -1985. - Vol. 36. - № 4. - P. 346-347.

Kaplan H.I., Sadok B.J. Pocket Handbook of Clinical Psychiaty. — Baltimore: William & Wilkins, 1996.

Karkalits J.E. Social work //Preventing phisical and mental disabilities. Multidisciplinary approaches /Ed. by Valentutti P.J., Christoplos F. — Baltimore, 1979. — P. 357-380.

Kjelsas E., Augestad L.B., Gotestam KG. Exercise dependence in physically active women // Eur. J. Psychiatry. - 2003. - Vol. 17. - № 3. - P. 144-145.

Leaf P.J. et al. Social factors related to psychiatric disorder: the Yale epidemiologic catchment area study//Soc. Psychiat. — 1984. — Vol. 19. — № 2. — P. 53-61.

Lifton R.J. Thought Reform and the Psychology of Totalism /R.J. Lifton. — New York: W.W. Norton and Co, Inc, 1961.

Lin N., Dean A. Social support and depression: a panel study //Soc. Psychiat. — 1984. — Vol. 19.-№2.-P. 83-91.

Mannar C.R., Weiss D.S., Schlenger W.E. et al. Peritraumatic dissociation and posttrau­matic stress in male Vietnam theater veterans //Am. J. Psychiatry. — 1994. — Vol. 151. — № 6. - P. 902-907.

Mazie B. Job stress psychological health and social support of family practice residents. // J. Med. Educ. - 1985. - Vol. 60. - № 12. - P. 935-941.

McDougal W. Psychopathologie funktioneller Stoerungen. — Leipzig, 1931.

McElroy S.L., Keck P.E. Jr, Phillips KA. Kleptomania, compulsive buying and binge-eating disorder//J. Clin. Psychiatry. — 1995. — Vol. 56. — Suppl. 4. — P. 14-26.

Message from the President of the United States relative to mental illness and mental retardation. — House of Representatives, 88th Congress, 1st Session, Document № 58. — 1963.

Miller T.P. Schools should not be our «mental health centers*. //Amer. J. Psychiat. — 1968.-Vol. 125, № 1.-P.118-119.

Miltenberger R.G., Red/in J., Crosby R., Stickney M., Mitchell J., Wonderlich S., Faber R., Smyth J. Direct and retrospective assessment of factors contributing to compulsive buying // Jornal of Behavioral Therapy and Experimental Psychiatry. — 2003. — Vol. 34. — № 1. — P. 1-9.

Minkoff K, Stern R. Paradoxes faced by residents being trained in the psychosocial treatment of people with chronic schizophrenia //Hosp. Commun. Psychiatry. — 1985. — Vol. 36. - № 8. - P. 859-864.

MullerM. Neue Stromungen inderpraktischen Psychiatrie/ PsychiatriederGegenwart. — 1961.- 116 s.

MullerMax & Chr. Лечение шизофрении //Клиническая психиатрия (под ред. H.W. Grule, RJung, W. Mayer-Gross, M. Muller). Пер. с издания 1960 г. — М., 1967. — С. 25-58.

Murphy М.Н. Sport and drugs and runner is high (Psychology) //In: J. Kremer and D. Scully (Eds), Psychology in Sport. — London, Taylor & Francis. — 1993.

Oppenheim H. Die traumatischen Neurosen. — Berlin, 1889. — 176 s.

Orzack M. H. Cjmputer addiction: What is it? //Psychiatric Times. — August 1998. — Vol. 15.— № 8. [journal on-line]: available from http://www.psychiatrictimes.com/p980852. html.

Paunovic G. Family influence on schizophrenia recidiv 5-th World Congress on innovations in psychiatry. — London, 1998. — P. 21.

Pardes H., Stockdill J. W. Survival strategies for community mental health services in the 1980s. //Hosp. Commun. Psychiat. - 1984. - Vol. 35. - № 2. - P. 127-132.

Picazo V. M., Larrosa R.V., Escrihuela M.T. Nivel psicomotor en eedeterioro de adolescentes esquizofrenicos //Comunicacion Psiquiatrica. — 1980. — № 5. — P. 369-399.

Porter G. Organizational impact of workaholism: suggestions for researching the negative outcomes of excessive work //J. Occup. Health. Psychol. — 1996.— Vol. 1. — № I.— P. 70-84.

Ravlin E.C, Meglino B.M. Effect of Values on Perception and Decision Making: A Study of Alternative Work Values Measures //Journal of Applied Psychology. — 1987. — Vol. 72. — № 4. - P. 666-673.

Rawnsley K. Psychiatry in Leopardy. //Brit. J. Psychiat. — 1984. — Vol. 145, Dec. — P. 573-578.

Sartorius N., Nielsen J.A., Stroemgren E. Changes in frequency of mental disorder over time: results of repeated surveys of mental disorders //Acta Psychiatr. Scand. — 1989. — Suppl. 348.-P. 167-178.

Schneider J. P., Irons R.R. Assessment and treatment of addictive sexual disorders: relevance for chemical dependency relapse //Subst. Use Misuse. — 2001. — Vol. 36, Dec — № 13.-P. 1795-1820.

Schurman R.A. etal. The hidden mental health network //Arch. Gen. Psychiat. — 1985. — Vol.42.-№ l.-P. 89-94.

Stanton M. Nonlethal Weapons: Can of Worms /М. Stanton //Proceedings. — 1996. — November. - P. 58 - P. 60.

Strachan A.M. Family intervention for the rehabilitation of schizophrenia: To ward protection and coping//Schizophrenia Bull. — 1986. — Vol. 12. — № 4. — S. 678-698.

Strotzka H. Einfuhrung in die Socialpsychiatrie. — Hamburg. — 1965.

Sullivan H. The Inerpersonal theori of psychiatry. — New York. — 1953.

Szmukler G. Family involvement in the care of people with psychoses //5-th World Congress on innovations in psychiatry. — London. — 1998. — P. 30.

Tarjan G. The prevention of psychosocial retardation //The child in his family: Preventive child psychiatry in an age of transition /Ed. by Anthony E.J., Chiland C. — New York. — 1980.-P. 441-454.

The Future of Non-Lethal Weapons. Tehnologies, Operations, Ethics and Law /Ed. By N. Lewer. — London: Franks Cass, 2002.

Torrey E.E. Schizophrenia and civilization. — New York: Jason Aronson, 1980.

Volberg R.A. Prevalence studies of problem gambling in the United States //J. Gambling Studies. - 1996.-Vol. 12.-P. 111-128.

Wallen J. et al. Psychiatric consultations in short-term general hospitals //Arch. Gen. Psychiat. - 1987. - Vol. 44. - № 2. - P. 163-168.

Warner R. Recovery from schizophrenia in Third Word//Rsychiat. — 1983. — Vol. 46. — P. 197-212.

Wendy F. Recovery from Abusive groups Healing from the trauma of authoritarian leaders //An American Family Foundation Book. — New York, 1993. — 510 p.

WHO. Schizophrenia: an international follow-up study. Chichester, Wieley, 1979.

Wulff E. Psychiatrischer Bericht aus Vietnam. In: Petrilowitsch N. ed. // Beitrage zur vergleichenden Psychiatric — Basel, Karger, 1967. — S. 1—84.

Wyrsch J. Клиника шизофрении //Клиническая психиатрия (под ред. H.W. Grule, R. Jung, W. Mayer-Gross, M. Muller). Пер. издания 1960 г. — М., 1967. — С. 9-24.

Yong K.S. Internet addiction: The emergence of a new clinical disorder //CyberPsychol-ogy and Behavior. 1998. - Vol. l.-P. 237-244.

Yong K.S., Rodgers R.C. Internet addiction: Personality traits associated with its develop­ment //Paper presented at the 69th annual meeting of the Eastern Psychological Association. 1998. — [www document]. URL http://netaddiction.com/articles/personalitycorrelates.htm.

Zucker Robert A., Nolle R. The enteraction of child and environment in the early develop­ment of drug envolvement. A far ranging review and a planned very early intervention //Drug and Soc. - 1987. - Vol. 2. - № 1. - P. 57-97.


Другие интересные материалы:
Лечение больных наркоманиями с помощью нейрохирургических методов
СМИ усердно информировали нас о том, что в Санкт-Петербургском Институте...

СМИ усердно информировали нас о том, что в Санкт-Петербургском Институте...
О недобровольной госпитализации наркологических больных (информация к размышлению при выдвижении новых законодательных инициатив)
Развитие дискуссии о путях развития российской наркологии. Главному наркологу...

На протяжении последних месяцев главный специалист нарколог Министерства...
Тема травы
“…Если сие произведение поможет десятку курильщиков марихуаны подвязать,...

“…Если сие произведение поможет десятку курильщиков марихуаны...
Психические и поведенческие расстройства, обусловленные употреблением стимуляторов
Стимуляторы — это психоактивные средства, оказывающие стимулирующее действие...

А. Погосов Психические и поведенческие расстройства,...
Методика группового психологического консультирования (группового каунслинга) Методические рекомендации для психологов, работающих в школе
Описана методика организации и проведения группового каунслинга,...

Описана методика организации и проведения группового каунслинга,...
 

 
   наверх 
Copyright © "НарКом" 1998-2013 E-mail: webmaster@narcom.ru Дизайн и поддержка сайта Петербургский сайт
Rambler's Top100